Книга Подонок. Его наказание, страница 108 – Инна Матвеева

Дан явно улавливает, насколько я нуждаясь, усиливая напор. И уже скоро я дрожу особенно крупно, протяжно выстанывая и забиваясь в оргазме.

Вот это да… Даже не думала, что он так умеет. Хотя и за эти мысли теперь стыдно — в подсознании я считала Дана эгоистом в сексе, который привык брать и получать.

Впрочем, нависнув надо мной, он выглядит не менее довольным, чем я. А я так вообще до сих пор плыву, да и дыхание в порядок привести не в силах.

У него оно тоже слегка сбитое.

— Как я и говорил, хотел попробовать всю тебя… — вкрадчиво заявляет, сжимая мне грудь и ухмыляясь тому, как я на это кусаю губу, тут же подрагивая в очередном спазме кайфа. Оргазм как будто до сих пор во мне отголосками. И лишь усиливается от проникновенных горячих слов Дана: — Везде. Языком, членом, руками, губами…

От каждого его слова меня ведёт всё сильнее, и помимо отголосков недавнего оргазма добавляется новое возбуждение. Захлёстывает, отзываясь на каждое слово Дана, которое снова и снова прокручивается в голове его низким голосом…

— Пора членом, — с трудом узнаю свой голос.

Но не просто говорю, а ещё и подаюсь бёдрами так, чтобы чувствовать его. Всё ещё в презервативе… Всё ещё стоит.

Чуть трусь, на что чувствую, как у Дана сбивается дыхание.

— Ты уверена? — всё-таки спрашивает.

Как же ему важно…

Смотрит так ласково и открыто, что у меня сердце сжимается от прилива нежности. Буквально таю, глядя ему в глаза. И это он… Даниил Филатов, который ещё недавно вызывал у меня совсем другие чувства. Впрочем, тоже сильные.

И ведь не сказала бы, что негативные. Наверное, скажи мне кто-нибудь ещё тогда, во время нашего противостояния, что он будет на меня смотреть с такими чувствами — это бы вызвало во мне приятный трепет. Мне никогда не было всё равно на Даню.

Как и ему — на меня…

— Мне почти не было больно ещё тогда, — тихо, но уверенно говорю. — А сейчас так вообще пора выжимать постель, — тут мой голос чуть снижается: как ни странно, смущение даёт о себе знать.

Да, оно ещё есть даже после того, как кончила наверняка прямо на язык Дана. Но всё же говорить ему о своём удовольствии в глаза, лёжа под ним и отчаянно нуждаюсь — что-то новенькое. Особенно интимное.

Я полностью открыта, я всецело отдаюсь… И наконец понимаю и принимаю, что это взаимно. Между нами всегда было больше, чем влечение.

— Успеем, — многообещающе ухмыляется Дан. — Пока выжимать рано.

У меня дыхание само собой учащается от этих его слов. Машинально тянусь за поцелуем, и Дан с готовностью принимает мои губы своими. Чувствую едва уловимый солоноватый привкус… Мой?

Хм, ещё некоторое время назад я бы искренне считала, что это чересчур — как и делать куни после лишения девственности. Но с Даном привычные рамки как-то сами собой отпадают. Легко, естественно — как и моя идея заявиться к нему посреди ночи. С ним я реально могу всё.

И более того, мне это нравится. Меня уносит от того, как во время поцелуя Дан сгребает меня в объятия, сильнее подминая под себя. От того, как горячо и глубоко мы целуемся, всё более жадно и несдержанно. От того, как наши тела приятно трутся друг о друга от любого даже случайного движения… От ощущения твёрдого члена на мне. И даже от мысли о том, что он скоро будет и во мне…

Дану явно хочется того же: вот уже шире разводит мне ноги, одновременно чуть ли не грубо толкаясь языком мне в рот. Поддаюсь обоим его действиям и, кажется, издаю стон ему в рот.