Онлайн книга «Ведьмина кровь. Ясиня и проклятый князь»
|
Присев на краешек кровати, Ясиня осторожной лаской коснулась тщательно отмытых и старательно расчёсанных светлых кудрей красавца. Таким увидела она его впервые на просторном отцовском дворе. Ах, как понравился он ей тогда. Могла ли она помыслить в ту пору, что вот так, запросто, сможет касаться щеки пригожего витязя… Вспомнив об отцовском тереме и временах безмятежного отрочества, княжна тихонько вздохнула. Малая слезинка соскользнула с её ресниц и горячей каплей упала на бледный лоб лежащего без чувств витязя. Тот внезапно вздрогнул, задышал чаще. Крепко смеженные веки затрепетали и распахнулись. Ясный взгляд упёрся в лицо склонившейся над ним девушки. — Сгинь, морок! — исказившись в лице, прохрипел Вук. Ясиня тихонько ахнула от радости и попыталась осторожно коснуться щеки мужчины, но тот слабым взмахом руки отбросил ей руку и зло оскалился, — Кто ты⁈ Прельщающее видение? Морок, наведенный злыми чарами…? Лицо мужчины перекосило ярко вспыхнувшей яростью. Это странная, необъяснимая злость повергла Ясиню в короткое изумление. — Ты не помнишь меня, Вук? Мы ведь виделись прежде… — О, твоё лицо лжёт, притворное создание! — меж тем хрипло бормотал витязь, буравя девушку горящим взглядом. — Зачем ты мучаешь меня, приняв чудесный облик той, что давно нет на белом свете⁈ Оставь меня! Сгинь! Изыди, коварная Мара! Не смей опутывать меня своим мороком… — Да ты рехнулся! — ахнула Ясиня, всплеснув руками. — Где это ты увидал Мару⁈ Совсем сдурел, полоумный⁈ Вона как, остудись! Прихватив полный водицы ковш из стоящей рядом кадки, Ясиня щедро плеснула воду в лицо гридня. Тот на миг задохнулся под стекающими по лицу холодными струями. Уставившись на девушку во все глаза, несколько раз беззвучно открыл рот, потом через силу вдохнул и неуверенно выдавил, — Княжна⁈ — Ох, батюшки, чудо-то какое! Никак признал! — Ясиня язвительно хмыкнула. — Ну, коли в своём уме, значит жить будешь… Она хотела подняться с кровати, но Вук резко схватил её за запястье, удержав на месте. — Ясиня? Ты ли это⁈ Верно ли, что не видишься ты мне⁈ Жива! — Да уж живее тебя, — покачала головой княжна. — Ты, верно, сильно ударился головой, когда упал с коня во время сечи. Вот и путается всё… — И верно, битва… — посуровел лицом, нахмурился Вук. — Много храбрых воинов полегло… Но как я очутился здесь? — он обвёл потемневшие от времени стены медленным взглядом. — Чей это дом? — Ты в моей избушке, — ответила Ясиня. — Тебя, раненого на ратном поле, нашли сельчане из ближайшей деревни и принесли сюда… — Так ты спасла меня? Выходила? Здесь, одна? Румянец смущения вспыхнул на девичьих щеках, но княжна с напускной суровостью взглянула на недужного. — Очень ты стал болтлив, как я погляжу! Да у меня нет времени на пустую болтовню. Лежи-ка смирно, храбрый витязь. Набирайся сил. А мне надобно приготовить обед, да обработать тебе раны, а потом, коли придётся, поговорим… Оторвав от своего запястья ещё слабые пальцы Вука, Ясиня спешно отошла к печи, пряча от взгляда мужчины пылающие алым заревом щёки. … Неспешно истекающие летние деньки теперь стали для Ясини сплошной сладкой мукой. Вук стремительно шёл на поправку, с каждым днём всё больше и больше наливаясь силой и отчётливой мужской красой. Раны его затягивались и светлели на глазах. Баюн сварливо ворчал, что на проклятом гридне всё заживает точно на дворовом псе и заметно сторонился нового постояльца. Едва начав вставать на ещё нетвёрдых ногах, раненый со всей серьёзностью объявил, что с этого дня спит на шкурах в углу, решительно отметя все уговоры Ясини остаться в кровати. |