Книга Котики для Снежной Королевы, страница 40 – Эльвира Осетина

Это не было вопросом.

Я наконец открыла глаза. Мерис сидел напротив, его янтарные глаза горели в полумраке, отражая мерцание воды. По мокрым чёрным волосам стекали капли, падая на широкие плечи, на грудь, теряясь где-то в бурлящей воде. Я перевела взгляд на его руки — крупные, сильные, с выступающими венами — и вдруг остро осознала, как беззащитно выглядят мои бледные ступни в его ладонях.

— Мерис, — мой голос сел. Пришлось прокашляться. — Ты не обязан…

— Обязан, — перебил он резко, но тут же смягчился, поглаживая большим пальцем подъём моей стопы. — И ты это знаешь. Всегда знала.

Я хотела спросить, что это значит. Хотела потребовать ответов, но его пальцы скользнули выше, к колену, и все вопросы вылетели из головы.

— Мерис…

Он подался вперёд, и теперь, между нами, не осталось почти никакого расстояния. Пузырьки воды бились о наши тела, создавая странное, почти интимное покалывание. Я видела, как расширились его зрачки, как дрогнули ноздри, вдыхая мой запах.

— Ты пахнешь… — он запнулся, словно подбирая слово. — Домом. Так ты пахла тогда. В тот день.

— Какой день? — спросила я шёпотом.

Его рука вдруг легла мне на щеку, грубоватая, мозолистая, но такая осторожная, словно я могла рассыпаться. Я невольно прильнула к этой ладони, чувствуя, как по венам разливается жар.

— Ты не помнишь, — это был не вопрос. Он усмехнулся горько. — Конечно, не помнишь. Ты всё забыла…

— Мерис…

— Тсс, — его палец лёг на мои губы, и мир замер. — Не говори ничего. Позволь мне просто… помочь тебе вспомнить.

Он наклонился, и я затаила дыхание. Но в последний момент он отстранился, взял прядь моих волос — мокрых, тяжёлых, красных как венозная кровь — и поднёс к губам.

Это было интимнее поцелуя.

Я смотрела, как его губы касаются моих волос, как он закрывает глаза, вдыхая их запах, и чувствовала, как внутри плавится что-то давно замороженное. Пузырьки воды щекотали кожу, пар поднимался к ледяному потолку, а между нами горел огонь, который не мог погасить даже мой холод.

— Я ждал тебя, — прошептал он в мои волосы. — Сотни лет я ждал, когда ты вернёшься. Знал, что придёшь. Знал.

Я потянулась к нему сама. Не знаю, что мной двигало — любопытство, нежность или простое желание. Но я хотела прикоснуться. Хотела понять.

Мои пальцы легли на его грудь — горячую, влажную, с бешено бьющимся сердцем под кожей. Мерис замер, превратившись в статую. Только глаза горели всё ярче, и в их глубине я видела что-то древнее, дикое, едва сдерживаемое.

— Твоё сердце, — прошептала я. — Оно так быстро бьётся.

— Для тебя, — выдохнул он. — Всегда только для тебя.

Я провела ладонью выше, к шее, чувствуя, как под пальцами перекатываются тугие мышцы. Он был такой живой. Такой настоящий. Не просто страж, а мужчина из плоти и крови, смотрящий на меня так, словно я — всё, что у него есть.

За всю свою жизнь я ни разу еще не видела подобных взглядов в свою сторону.

— Мерис, — позвала я, и в моём голосе прозвучало что-то, чего я сама не ожидала. Просьба. Призыв.

Он понял.

Рыкнув, он рванул меня к себе, и я оказалась у него на коленях, чувствуя бёдрами его напряжённые мышцы. Вода вокруг нас взбурлила, словно разделяя наше возбуждение. Его руки легли на мою талию, собственнически, жадно, притягивая ближе, пока, между нами, не осталось воздуха.