Книга Миллион евро за мою душу…, страница 25 – Эльвира Осетина

Закончив с волосами, уже очень сильно проголодавшись, выхожу из ванной, и иду одеваться.

Ходить в халате по дому больше точно не намерена.

Старых своих колготок не нашла, вместо них увидела новую упаковку, аккуратно лежащую на полочке рядом с бельем.

А еще я нашла свою дамскую сумочку. Проверив её, поняла, что не хватает, только документов. Зато косметика и гигиенические средства, которые я всегда с собой на всякий пожарный случай таскала на работу на месте. Как и кошелек с карточкой и мелочевкой. И даже сотовый.

Проверяю время и дату, как и ожидала — сегодня суббота и время два часа дня.

А ощущение такое словно уже неделя прошла, а не несколько часов, с того момента, как я повстречала пришельцев.

Мне бы опять закручиниться, и пожалеть себя, но… вызвать даже искусственно такие чувства не получается. Скорее наоборот, хочется петь и танцевать, а еще обнять весь мир.

Опять замираю возле зеркальных створок шкафа, рассматривая свои блестящие глаза, и исчезнувшие круги из-под глаз. Может я сошла с ума? Ну мало ли, люди же по-разному реагируют на стресс, кто-то плачет и рвет на себе волосы, кто-то замыкается в себе. А я вот так… радуюсь, непонятно чему…

Но даже эти мысли почему-то никак не повлияли на мое самочувствие.

Плащ одевать пока не стала. Еще не известно, выпустят ли меня из дома.

Открываю дверь, а под дверью меня караулит дворецкий. И стоит на вытяжку, с идеально прямой спиной. Будто знал, что я сейчас выйду.

Подслушивал что ли? Или может в комнате камеры?

Автоматически оборачиваюсь и начинаю осматривать потолок, но никаких камер не наблюдаю. Скрытые?

— Вы что-то хотели, госпожа? — слышу голос Гойя, и почему-то мне кажется, что слово «госпожа» он произнес с сарказмом.

Вот бы мне опять разозлиться, но вместо этого, улыбнувшись во все свои тридцать два, я бодро отвечаю:

— Я хотела бы пообедать, а затем съездить на работу, написать заявление об увольнении, ну и заглянуть домой, чтобы взять кое-какие вещи. И да, хотелось бы получить на руки свой контракт. В комнате я его не заметила.

Взгляд дворецкого на мгновение становится удивленным, а лицо почему-то так вообще вытягивается. Но он тут же берет себя в руки, и глядя сквозь меня начинает отвечать с конца:

— Ваш контракт лежит в секретере, секретер можно найти в шкафу, он выдвигается из стены. Заявление писать не нужно, вас уже уволили, сегодня утром. Документы на руках у господина Крида. Машину я попрошу подать, как только вы пообедаете. Господин Орант, просил проследить, чтобы вы всё съели.

— Отлично, — продолжаю улыбаться, — тогда сначала обед.

Мне показалось, или у дворецкого дернулся глаз? Интересно, а какой реакции он от меня ожидал?

Обед мне накрыли в столовой. Кто накрывал, я к, сожалению не видела. Почему, к сожалению, потому что, все было очень вкусно, а поблагодарить я никого не смогла.

Я и забыла, когда последний раз так вкусно ела. Наверное, когда мама была жива, и часто водила меня в разные рестораны, или заказывала из них еду прямо на дом. Сама я готовить толком и не научилась. После исчезновения мамы, мы всей семьей питались в основном полуфабрикатами.

Хотела даже добавки попросить, но глядя на постную мину Гойя, что стоял у меня за спиной все время обеда, и пытался взглядом пробуравить мне спину, решила, что пора завязывать, а то еще растолстею. Да и менуса стало немного жаль. У него спина не болит, интересно… Или пришельцы боль не чувствуют?