Книга Пока снег не разлучит нас, страница 16 – Нинель Мягкова

Старалась. По возможности.

Когда смерть дышит тебе в лицо и рычит, мыслить трезво сложно.

Но вдали от непосредственной угрозы я сразу включила голову. И ситуация пока не складывалась. Идеи были, но довольно дикие.

Например, что дракон искусственный. Эдакий большой летающий артефакт. Я таких никогда не видела, но это не значит, что их не существует! Брат про всякие чудеса в столице рассказывал.

Или что все это сон, например. И в данный момент я замерзаю в сугробе насмерть.

От одной этой мысли меня передернуло. Страшно. Но зато логично. Что только не померещится перед гибелью!

Да вот сон что-то затянулся. Потому его можно пока что отбросить как маловероятный. А чтобы проверить остальные предположения, на дракона следовало взглянуть попристальнее.

Вблизи.

Окна обжитого нами домика как раз выходили на скалу, прикрывающую логово дракона. Теперь, когда мы примерно знали, где он скрывается, можно проследить за его перемещениями.

Будто назло, тварь затаилась и не показывалась. Пропустить вылет мы не могли: при взлете рассекаемый воздух так свистел, что и покойника поднимет.

Но всю ночь стояла мертвая тишина. Буквально.

Поначалу я не поняла, отчего мне некомфортно. Хватало других факторов: усталость, испуг, травма. Но сейчас, немного придя в себя и привыкнув, наконец осознала – полное отсутствие звуков. Лишь ветер завывал, скользя поземкой между разрушенными зданиями. Ни мышиного писка, ни скрипа ставен, ни собачьего лая – ничего, что составляет привычный шум поселения.

Наверное, если бы я чаще ходила в походы, это меня так бы не смущало. Но в лесу тоже должны быть шорохи листвы, крадущихся хищников и затаившейся добычи.

Здесь же казалось, будто ты на кладбище. И кругом ни единой живой души.

Потому я инстинктивно жалась поближе к Сальярго. Стук его сердца успокаивал, доказывая, что мы оба реальны и не мерещимся друг другу в бреду.

Каша на этот раз получилась наваристее – коршун настрогал в нее найденного мяса. Предварительно обнюхал кусок вдоль и поперек, но испорченного не учуял. Пшенка распарилась, впитав влагу и специи со шкурки, на вкус став ничем не хуже, чем на княжеской кухне. А то и лучше.

И исчезла за считаные минуты, очень уж мы были голодные.

— Завтра пойдем в другую сторону. Посмотрим, может, там получится обойти, – сонно постановила я. – Если нет, полезем через верх.

— Мои крылья еще не работают, – напомнил Сальярго.

— Ничего, моих нам хватит. Но постарайся уж не падать, мы лезем на разведку, а не в бой. Не пытайся придавить дракона собой.

— Очень смешно, – буркнул коршун и попытался отодвинуться.

Не тут-то было! Я вцепилась в его пояс, как пиявка. Уже и удобные петельки на нем нашла, чтобы пальцы не скользили.

— Сиди тихо, а то мне холодно, – тоном капризной княжны протянула я.

Сальярго послушно затих, потому что мерзнуть в своих меховых обрывках он не хотел, а плащ нас сейчас укрывал мой. Тряпка окончательно перекочевала на пол, став эдаким ковриком у камина. Сапоги мы выставили у огня сушиться, как и носки.

Ноги у Эри выглядели приличнее, чем у моих братьев. Ногти подстрижены, пятки чистые, даже носки без дырок – рассмотрела, пока он их снимал. Повезло, иначе даже не знаю, как бы делила с ним одну комнату.

Правила приличий в такой момент волновали меня в последнюю очередь. А вот вонь или грязь раздражали бы однозначно. Но, к счастью, коршун оказался удивительно чистоплотным для мужчины.