Книга Внезапно замужем, или Как спасти репутацию, страница 77 – Дия Семина

Подхватил меня на руки, как самый ценный трофей, слегка поклонился, и под бурные овации мы вышли из ресторана, чтобы скорее уединиться, потому что ждали этого момента слишком долго.

Большая карета забрала нас у второго выхода во дворе ресторана, чтобы не привлекать внимание зевак. Доехать до нашей «резиденции» всего-то несколько минут.

— Я так долго ждал этого момента.

Не выдержал, наклонился и поцеловал меня.

— Приехали! — услышали крик кучера, пришлось прервать сладкие ласки и поцелуи. Громко вздохнуть, набраться терпения для раздевания и уж потом…

Не помню, как оказалась в нашей спальне, украшенной живыми цветами и свечами. Всё как в самом шикарном номере для новобрачных.

Сейчас бы позвать камеристку и попросить её расстегнуть сотни меленьких пуговиц на моём дорогом наряде. Но не хочу, чтобы кто-то вторгался в наше личное пространство сейчас.

— Поможешь мне раздеться. Это так утомительно…

— Это восхитительно, каждую пуговицу я запомню, как маленький шаг к тебе. И есть же волшебный крючок, которым можно поддевать петельку и почти мгновенно освободить тебя, да и раздевать невесту, не одевать.

Он не стал продолжать, скорее приступил к новым для себя обязанностям, его жилетка с ровненьким рядом пуговиц тоже заставила нас потратить немало времени.

— Пора, кроме всего прочего, ещё и за моду браться, практичная одежда экономит массу времени, сил и денег, — вместо слов любви я выдала очередную бизнес-идею. После того, как сняла надоевший корсет, сто раз пожалела, что выбрала это безумно красивое платье «принцессы» на свадьбу. — Ох, свобода. Я уже забыла, зачем мы сюда приехали.

— А я нет. Отлично помню. Мы здесь, чтобы окончательно скрепить наш союз. Как ты красива, боже, я уже боюсь к тебе прикоснуться.

На мне кружевное, но вполне пуританское бельё, однако для мужа я сейчас словно…

И тут вспоминаю, что по местным традициям именно в этом белье, жена и должна оставаться в брачную ночь, не показывая мужу себя. Да и мужу положено оставаться в рубашке, так нам твердили на старших курсах на уроках о семейной жизни. Всё потому, что в доме много слуг, и тайны брачных ночей должны оставаться тайнами.

Стягиваю с себя удлинённый лиф и панталончики, остаюсь в одних шёлковых чулках, чем взрываю воображение мужа.

— О мой бог…

— Да, скорее, снимай с себя благопристойность и в постель, хочу ощутить тебя, прижаться и… Да к чему эти красивые слова. Хочу тебя, чуть-чуть откровенности и страсти никому не мешали в любви.

— О мой бог, это вас так в пансионе научили, маленькая шалунья?

— Нет, считай, что я начиталась пошлых книжек. Надеюсь, ты не из тех мужчин, кто ратует за излишнюю порядочность в любви.

— Нет, с тобой мне всю порядочность отшибло. Иди ко мне, скорее, хотя и любоваться твоей маленькой грудью – блаженство, но гладить тебя, обнимать, чувствовать, какая ты сладкая, слаще мёда, любовь моя.

На этом наши «разговоры» закончились. Понимаю, что ему нужно было принять новые правила жизни, и мою откровенность, оттого и его многословность в момент, когда бы уж пора перейти к делу.

Стоило подумать о «деле», и я вдруг испугалась. Что если у Наташи уже была первая брачная ночь, и Андрей Уваров из деликатности умолчал, а я и не знала.

Стало страшно, Дима верит в мою невинность, а у меня вдруг похолодели руки и в жаркой комнате я начинаю дрожать как осиновый лист. Уже пожалела об излишней откровенности.