Книга Последнее отражение, страница 89 – Наталья Тимошенко

Лина качнула головой.

— Нет. Но здесь везде куклы.

— Куклы?

— Они замурованы в стены по частям. Головы, руки, ноги… Ужасное зрелище. Будто стены целиком состоят из них.

— Но это куклы, не люди? – уточнил Стефан.

— Куклы, – нервно заверила Лина. – И мне отсюда не выбраться. Лестница сломалась, я не дотянусь до нее.

Стефан отстранился от проема, позволил себе на секунду закрыть глаза. Он нашел Лину, это уже хорошо. Дальше у них два варианта: вызывать спасателей или попробовать справиться самим. Спасателям позвонить они всегда успеют, пока же следовало попробовать самостоятельно. У него даже была веревка, но ее длины совершенно точно не хватит, чтобы дотянуться со второго этажа до подвала. Значит, надо либо разбивать камин на первом этаже, либо продолжать громить эту стену. И с камином справиться будет наверняка сложнее, его строили профессионалы.

Работать пришлось до глубокой ночи. Здесь, в подвале, не было слышно шума улицы, И Стефан надеялся, что на улице тоже не слышно, как он бьет топором по кирпичам. Когда он выдыхался, топор забирала Лина, и в конце концов им удалось сделать дыру, достаточную для того, чтобы Стефан мог в нее пролезть.

Лина была права, описывая комнату. Стефан видел кукол, и они пугали его едва ли меньше, чем Лину. Было что-то невероятно жуткое в том, как они смотрели пустыми глазницами. Иногда казалось, что их руки шевелятся, а из неподвижных ртов слышится шепот. А еще комната действительно меняла очертания, стоило только сделать шаг в сторону или по-другому повернуть голову.

— Зеркало здесь, – пробормотал Стефан, оглядываясь по сторонам. – Оно просто защищается.

Но сколько бы они ни ходили по тесному помещению, так и не смогли его увидеть. Стефан ощупал каждый сантиметр кирпичных стен и почти поддался отчаянию, когда вдруг, поворачиваясь, выцепил взглядом какую-то странность. Даже не сразу осознал, что это, пришлось приглядеться, несколько раз поменять положение головы в пространстве, когда он наконец понял.

— Здесь не только куклы, – прошептал он.

Лина, стоявшая за его спиной, напряглась.

— Зеркало?

— Нет. Скелет.

— О боже…

Осторожно, стараясь не потерять скелет из виду, не разорвать визуальный контакт с пустыми глазницами, Стефан шагнул вперед. Комната услужливо сменила очертания, и теперь скелет оказался перед ним. Стефан протянул руку Лине, и та, подойдя к нему, тоже увидела его. Оба присели на корточки, разглядывая то, что осталось от человека.

— Это женщина, – наконец произнесла Лина. – Достаточно молодая, зубы все на месте, восьмерки еще не вылезли. Едва ли старше двадцати пяти.

— Как она здесь оказалась? – задался вопросом Стефан.

Он выпрямился, внимательно огляделся, не сходя с места. Когда луч фонаря скользнул по стене над скелетом, Стефан увидел надпись. Буквы были полустерты, но все еще неплохо читались. И Стефан почему-то был уверен, что надпись эта сделана кровью. Кровью той женщины, что сидит сейчас внизу. Надпись была на русском языке, и по характерным завитушкам Стефан узнал почерк Ордынского: «Катарина Шульц. Прими эту последнюю жертву и спи спокойно».

Значит, вот как Ордынский запер силу зеркала! Оставил ему последнюю жертву, наверняка посадил несчастную напротив зеркала, чтобы она еще много лет отражалась в нем. А сам заложил все входы в комнату, чтобы никто никогда ее не нашел.