Книга В 45 я влюбилась опять, страница 90 – Ольга Тимофеева

— Это правда, Кость?

— Давай не манипулируй только. Они не хотят с такой матерью жить.

— С какой это с такой?

— Дети никуда не поедут, — вмешивается Ваня.

— Тебя не спросили.

— А тебя не приглашали.

— Мы хотим уехать, — противостоит ему Костя. — У нас есть отец и не надо пытаться нам его заменить.

Виктор довольно улыбается. Ваня на меня смотрит.

Тут мне решать, кто отец, кто нет.

Так, да?

— Я уже взрослый. И не буду на вас работать и чистить снег как дворник.

Не узнаю Костю. Серьезно? Дворник?!

— Ах, как дворник… — замахиваюсь на него полотенцем.

— А кормили тебя тут, как дворника или как принца? А? — Ваня просто давит взглядом.

— От ребенка отстань, это его выбор, — заступается папаша.

— Вот дочку вырастила, истеричку, — мама подливает масла в огонь, — обувается на ходу, закидывая в рот бутерброд. — Даже чая не предложила. Все в сухомятку. Ясно, чего дети жалуются. Андрей, пойдем. Погостили! Спасибо, доченька! Настроение только испортила на весь день! Хорошо, что дети теперь в безопасности будут.

А плевать. Безопасности хотят? Плохо им?

Устала от капризов этих детских. Ладно Костя, но Мишка!

— Если я, правда, такая плохая мама, и к ним тут плохо относятся, живите с отцом, — Вещи они уже собрали. Молодцы. То не заставить убраться, а то уже собрали все.

— Давайте, идите за вещами, — Виктор кивает Косте.

— Вон из моего дома, — очищает свою территорию Ваня.

— Ну-ну, в такой атмосфере жить, любой сбежит.

— А здесь любые не живут.

Костя с Мишкой уже тут как тут. С пакетами.

— Брата подговорил, — ловлю взгляд старшего сына. — Молодец. Что сказать. Поступок взрослого человека. Пожар, похоже, ума, — стучу костяшками кулака по голове, — особо не добавил.

— Ребенка не трогай, — кидается ко мне Виктор.

Но Ваня его быстро заворачивает и выпихивает на улицу.

— Ну, идите с папашей набираться ума. Мать как-нибудь одна будет кредит оплачивать, соседям ремонт делать. Одна все. Одна. Пока ты ищешь там, где проще, ты перестаешь быть мужчиной. И убегаешь от того, чтобы вырасти настоящим человеком. Который за свою семью и в огонь, и в воду. А не сбежать туда, где полегче и ничего не заставляют.

Зубы сжимаю, чтобы не заплакать от обиды.

— Давайте. Повеселитесь там. Отдыхайте.

Разворачиваюсь и оставляю их.

Надолго ли вас всех хватит?

Я плачу. Реву, не переставая.

С ними все нормально будет. Ничего им Виктор не сделает.

Надеюсь.

Но сам факт убивает!

И обидно, что так воспитала. Все любовью хотела. Педагогически.

А им не нужна эта любовь.

Им надо, где полегче. И Мишку еще подговорил. Дурень мелкий.

— Маш, — Ваня садится рядом на кровать, ставит кружку с чаем. — Ты же сама их отпустила, — гладит по голове.

— Я знаю. Дураки просто. Потом будут…

— Пускай потом…. А сейчас это их выбор.

— Не хочу так.

— Маш, мужчинам это надо. Мы не ищем легких путей. Нам тогда скучно становится, — вытирает мне большим пальцем слезу.

— Ты за девочками поедешь?

Машет головой.

— Останутся сегодня у мамы.

Опять из-за меня планы меняет.

Пью чай и забирает к себе в комнату. Там и кровать больше, и удобней.

Засыпаю у него на плече.

Тут спокойно и как будто все хорошо.

За ним спрятаться можно.

Просыпаюсь от того, что жарко. Ваня рядом. Мы впервые за все время одни в доме. Ночуем вдвоем. Никто не придет, не разбудит.