Книга Запретная роль, страница 87 – Оксана Хващевская

Машу забавляли и развлекали слухи, которые гуляли в интернете, на страницах газет и журналов и даже по телеканалам. Чего там только не было о ней и о её личной жизни. Но сейчас она была так далека от всего этого… Лигорская наслаждалась своей жизнью. Хоть она в некотором роде сузилась: поднимаясь вверх, всё выше и дальше, Маша оставляла за спиной людей, которые были близки ей, без сожаления. Вся её жизнь сейчас была сосредоточена на дочке, ребёнке, которого она ждала, и Антоне. Он стал для неё всем миром. И как-то незаметно девушка исключила оттуда всех других. Но он подарил ей весь мир в буквальном смысле этого слова. И у неё вряд ли были причины жаловаться.

К лету Маша отказалась от всех предложений сотрудничества, позволив Гордееву увезти её на Маврикий. А потом они уехали на Балтику, чтобы провести в уединении всё лето. Конечно, Антон не мог позволить себе проводить всё время рядом с ней. Работая из дома, он всё же вынужден был периодически ездить в офис. Слишком уж огромной была корпорация, которой он руководил. Пусть во всех подразделениях всё было налажено и отлажено, мужчина привык всё держать под личным контролем.

Маша, конечно же, всё понимала, и отнюдь не расстраивалась, когда Антон уезжал и иногда был вынужден задерживаться в Питере. Он звал и её с собой, но ей на пятом месяце беременности было куда комфортнее на заливе, среди тишины, золотистых сосен, дюн, чистого воздуха и прибоя. С Катюшей, няней, домработницей и собаками. Но иногда, чтобы девушка не заскучала в уединении, мужчина разнообразил её уютное, безмятежное течение жизни выходами в свет. Это были и рестораны, и театральные премьеры, и открытие регаты на Балтийском море, и скачки на одном закрытом элитном ипподроме.

На подобных мероприятиях собирался высший свет северной столицы и не только. Они в большинстве своём организовывались для элиты, как скачки в Монте-Карло или Аскоте. На них собирались не только ценители верховой езды, но и политики, бизнесмены, актёры, светские львицы, музыканты и спортсмены. Светлые наряды и шляпки были обязательным дресс-кодом мероприятия. Организаторы заботились о том, чтобы приём прошёл со всей изысканностью и пышностью, присущей бомонду северной столицы.

Маша не отказывалась, если Антон звал её посетить то или иное мероприятие, понимая, что если он приглашает, то для него это важно. И хотя она чувствовала себя некомфортно среди всех этих людей, девушка не жаловалась и не возражала. Так нужно было, и ей оставалось лишь соответствовать. И сегодня на ипподром, как и требовалось, она нарядилась в красивое кружевное платье цвета шампанского и надела широкополую шляпу, а запястья и мочки ушей украсила бриллианты. Она ничем не отличалась от всех тех, кто собрался этим летним днём на ипподроме, однако, как бывало уже не раз, чувствовала себя здесь чужой. Внешний лоск ведь не заменял содержания, а её, вероятно, было недостаточно утончённо для того, чтобы по достоинству оценить это событие. Маша мило улыбалась, кивала, здоровалась, что-то отвечала, если к ней обращались, держа под руку Антона, но мыслями была не здесь. Для неё сейчас было бы предпочтительней гулять по берегу залива, дышать свежестью, наполненной ароматом хвои, или неспешно бродить по старым улочкам Зеленогорска или Комарова, а то и вовсе отправиться в Карелию и пожить в уединении, на берегу Ладожского или Онежского озера.