Книга Запретная роль, страница 32 – Оксана Хващевская

— Вы серьёзно? — недоверчиво переспросил он, не зная, шутит она или говорит всерьёз.

— Конечно! Это же самое тусовочное место в столице!

— То есть это и есть мечта любой юной минчанки?

— Конечно!

— И ваша?

— Нет, конечно, но любопытно же! — она стояла рядом с ним, глядя снизу-вверх, и смеялась.

А Антон стоял перед ней, сунув руки в карманы брюк, и не знал, что его волнует больше: беспокойные кошачьи глаза под опушкой тёмных ресниц, очаровательные ямочки на широкоскулом лице, то, как она сжимала полные красивые губы, или её нежный, чувственный, мелодичный голос и переливчатый смех. Она стояла перед ним такая маленькая и хрупкая, словно Бэмби из детского мультфильма, и уверяла, что её мало интересует самое тусовочное и модное место в белорусской столице, а он понять не мог — она говорит серьёзно или прикалывается над ним.

— Вам говорили, что глаза у вас, как у кошки? — вырвалось у него.

— Говорили! — несколько снисходительно улыбнулась девушка. — Вы не станете возражать, если я позвоню?

— Маме? Хотите предупредить, что вернётесь поздно?

— Нет, няне моей дочери! — честно призналась девушка.

— У вас есть дочь? Вы же сама ещё девочка!

— Да, у меня есть дочь Катюша, ей три года, — сказала она. — Извините, — девушка вытащила из сумочки мобильный телефон и, чуть отойдя в сторону, нашла номер няни, которая сидела с Катей. Маша переживала, что Соня уже беспокоится, так как Лигорская обещала вернуться до полуночи. Но няня уже задремала, дожидаясь её, и легко согласилась остаться до утра.

— Ну что, вас отпустили? — спросил Антон, когда она вернулась к нему и сунула телефон обратно.

Маша кивнула, зябко передёрнув плечами. Пусть ночь и была тёплой, но близость Свислочи всё же давала о себе знать: плечи окутывала влажная прохлада.

— Однако вы полны сюрпризов, Мария! — заметил Гордеев и без лишних слов снял пиджак и набросил ей на плечи. — Рассказывайте, чего мне ещё ждать? Мужа? Бойфренда? Давайте присядем, — он тут же отодвинул ей стул на террасе кафе, и девушка присела, плотнее закутавшись в его пиджак, который хранил тепло этого сильного, внимательного мужчины, с которым её так неожиданно свела судьба. Ещё он источал аромат дорогого парфюма и чего-то, чему девушка не могла дать название или определение. Это «что-то» странно волновало её, а такого с ней давно не случалось. После расставания с Вадимом Сафроновым в Василькове ни один мужчина, встреченный ею, не вызывал каких-либо чувств. Она не страдала от этого, сосредоточившись исключительно на дочке и карьере, но ей ведь было всего двадцать четыре…

— А если и есть, кофе вы меня угощать не станете? — спросила девушка, улыбнувшись.

— Нет, кофе мы, конечно, с вами выпьем, а потом мой водитель отвезёт вас, куда скажете. Я не играю в такие игры, даже если девушка мне понравилась! — совершенно серьёзно заявил Антон, глядя на неё чуть из-подо лба.

Маша опустила ресницы, едва сдерживая желание закусить нижнюю губу, и попыталась сосредоточиться на капучино, которое принесла для неё официантка. Гордеев же попросил эспрессо.

— Расскажите, что заставило вас бежать из ресторана? — спросил он, меняя тему разговора.

— Думаю, двусмысленность, витавшая в воздухе. А вообще, я не тусовочный человек! — честно призналась она.