Онлайн книга «Развод. Проучить предателя»
|
Сразу в памяти, будто молнией, разразились его гадкие слова, сказанные с самым, что ни на есть, издевательским сарказмом: — Боже, ну что за дура?! Неужели поверила про метель? — Ну конечно поверила, Кися! И про Париж! Она у меня рохля, верит каждому слову. Любит меня сильно. Какую бы чушь я ни нёс — проглотит и не поморщится! — Мирочка, нам надо поговорить… — ласково пролепетал Гордей. — Мне — не надо, — я даже не подняла глаз от документов. — Послушай, — он присел на край стола — как раньше, в те времена, когда только ухаживал за мной. — Я всё понимаю. Я виноват. Но двадцать лет брака... — Девятнадцать лет манипуляций, — поправила я. — И год подготовки к тому, чтобы отжать компанию. — Да брось ты! — он попытался взять меня за руку. — Ты же знаешь, я всегда тебя... — Что "всегда"? — я наконец посмотрела ему в глаза. — Всегда использовал? Всегда подавлял? "Ты без меня никто", "Куда ты денешься", "Кому ты нужна"... Это, по-твоему, любовь? Он на секунду замер. В его взгляде мелькнуло удивление. Притворяется. Конечно притворяется! Сейчас он будет делать всё, чтобы спасти свой зад. — Ты изменилась, — произнёс он медленно. — Похорошела. Эта новая стрижка тебе очень идёт, и... — Вон из моего кабинета. — Но я же... — Охрана! — Мира, не делай этого! Ты должна меня выслушать! Я ошибся, я переосмыслил свою жизнь. Я просто слишком увлёкся! — Уходи, скатертью дорожка, милый. В проходе появился крепкий мужчина в чёрном костюме — новенький, из охраны. Гордей побледнел, затем сразу вышел. Ня знала — он не успокоится, и это только начало. Гордей не из тех, кто легко сдаётся. Следующая попытка случилась через три дня. Он подкараулил меня у фитнес-клуба: — Помнишь наш медовый месяц? — протянул мне фотографию: мы вдвоём на фоне Эйфелевой башни. — Какие мы были счастливые! Может, повторим? Я уже заказал билеты... — Правда? — я приподняла бровь. — А как же твоя беременная любовница? Гордей поморщился: — Нет никакой беременности... — Неважно. Важно, что я больше не та клуша, которая бегала за тобой как служанка. Потому что любила и ценила… — Мира, да пойми ты... — он схватил меня за локоть. — Это была минутная слабость! Я запутался, потерял голову... — Убери руку, — мой голос прозвучал как удар хлыста. — И запомни: больше никогда не смей меня трогать. — Но я же... я люблю тебя! — его глаза наполнились отчаянием. — Ты стала такой... невероятной! Как я мог не замечать раньше, какая ты красивая, сильная… Какой же я был идиот… Нахрена разрушил то, чем действительно надо было дорожить. Счастье не в силиконе. Я тогда запутался, не понимал. Большие деньги разбаловали меня! Видишь, я хотя бы честно тебе во всём признался. Я рассмеялась: — Вот именно — как ты мог не замечать? Двадцать лет рядом с тобой я была серой мышью, потому что тебе так было удобно. Забитая, неуверенная в себе, вечно просящая прощения... Идеальная жертва. — Какая ещё жертва? — в его голосе звучала праведная обида. — Я же о тебе заботился! Всегда думал о твоём благе. Освободил от всех забот, от работы. Я обеспечивал стабильную работу этому заводу, позволил тебе заниматься любимыми делами. Что я делал не так? Он картинно схватился за сердце: — Это очень обидно слышать, ты мне нож в сердце втыкаешь такими заявлениями. После всего, что между нами было... После стольких лет вместе... — его голос дрогнул. — Я же всё для тебя делал! |