Книга Развод. Проучить предателя, страница 4 – Дарина Королёва

Капля скатилась по его шее, очертила ключицу. Я невольно проследила за ней взглядом.

— Что с тобой? — муж подошёл ближе, источая запах сандалового мыла. Его любимого. Я выбирала для него в подарок. — Задумалась?

Наваждение схлынуло. Я встряхнула рубашку, указывая на предательское пятно:

— Это что?

— А, это... — небрежно махнул рукой, но я успела заметить, как на долю секунды что-то промелькнуло в его взгляде. Тень? Напряжение? Нет, показалось. — Представляешь, Нина Петровна сегодня устроила цирк. Летела по коридору с какими-то бумагами, споткнулась на своих шпильках — я её едва успел подхватить.

— Нина Петровна? Наша бухгалтер? На шпильках? — я моргнула, представив грузную женщину за шестьдесят на каблуках. Нина Петровна, которая носит исключительно бесформенные кардиганы и стоптанные балетки. Которая на прошлогоднем корпоративе отказалась даже от бокала шампанского — "печень шалит".

— Ну да, — он усмехнулся, подходя ближе. По паркету зашлёпали мокрые следы. — Решила, видимо, молодость вспомнить. Накрасилась, как на парад. А координация уже не та — вот и влетела в меня со всего размаху. Еле удержал. Она же у нас... габаритная.

Я представила эту сцену: коридор главного офиса, Нина Петровна на шпильках, теряющая равновесие... Почему-то картинка не складывалась. Как пазл с неподходящими деталями.

— И на её губах была... вульгарная красная помада?

— А что тебя удивляет? — он обнял меня за талию, притягивая к себе. От него пахло свежестью и чем-то родным, знакомым до каждой ноты. Больше двадцати лет вместе. Каждая морщинка, каждый шрам наизусть — вот этот, над бровью, от падения с велосипеда в медовый месяц. — Может, влюбилась. В её возрасте это бывает особенно... страстно.

Его ладони скользнули по моей спине, оставляя влажные следы на шёлковом халате.

Привычное, отработанное движение. Он так хорошо изучил мои слабые места!

— Прости, — пробормотала я, утыкаясь носом в его плечо. — Просто этот след... такой яркий. И помада дорогая, с перламутром. Разве Нина Петровна...

— Глупая, — Гордей наклонился и поцеловал меня. Властно, уверенно, как умеет только он. Его губы требовательны, но в то же время нежны. Знакомый вкус мятной зубной пасты и чего-то ещё... кофе? Горький привкус эспрессо. — Ты же знаешь, что у меня есть только ты.

Я растворилась в поцелуе, отпуская сомнения.

Рубашка выскользнула из рук, падая на пол мятым белым облаком. В голове мелькнуло — надо поднять, прополоскать воротничок, пока пятно не въелось окончательно. Но руки Гордея уже развязывали пояс халата, и все мысли о стирке испарились.

— Кстати, — отстранился, но руки не убрал. Его пальцы вычерчивали круги на моей пояснице. — У меня к тебе важное дело. Сегодня вечером приедут партнёры, будем дегустировать новую линейку коньяка. Хочу, чтобы ты приготовила что-нибудь особенное.

— Особенное? — я попыталась сосредоточиться, но его пальцы отвлекали. — Что именно?

— Помнишь мясо по-бургундски, что ты готовила на мой день рождения? — губы скользнули по моей шее, легко, дразняще. — С тем соусом, который томится шесть часов... И может, утку по-пекински? Ты же умеешь...

Я замерла. Утка по-пекински? Это же целый день готовки. Маринад, сушка, особый соус...

— А сколько будет гостей? — спросила я, уже понимая, что день распланирован до минуты.