Книга Развод. Проучить предателя, страница 18 – Дарина Королёва

— Запомни, девочка — такие как ты должны быть благодарны за любую крошку с барского стола. Хочешь удачно выйти замуж? Молчи, терпи, угождай. Никогда не перечь мужу. Будь тише воды, ниже травы — тогда, может, кто и позарится.

В шестнадцать она уже подыскивала мне женихов — "пока молодая, пока не засиделась".

Я кивала, глотая слёзы. Соглашалась. Терпела. Как всегда.

А потом случилось страшное — отец заболел. Рак. Сгорел за полгода.

— Доченька, — он взял меня за руку в больнице. Его пальцы, раньше такие сильные, теперь были похожи на птичьи косточки. — Прости, что мало времени тебе уделял. Думал, успею...

— Папа, — я всхлипнула, — но я же не справлюсь! Я ничего не понимаю в алкогольном бизнесе...

— Справишься, — слабо улыбнулся. — Ты сильная, даже если сама этого не знаешь. И Гордей поможет — он толковый управленец, я в нём не ошибся.

Его пальцы вдруг сжали мою руку с неожиданной силой:

— Но пообещай мне кое-что. Поклянись, что никогда не продашь свои акции. Никому. Даже если будут предлагать золотые горы. Это дело всей моей жизни, я хочу, чтобы оно осталось в семье. Обещаешь?

— Обещаю, — слёзы катились по щекам.

— И ещё, — его голос стал совсем тихим. — Не верь никому слепо... — он закашлялся, не договорив.

А потом его не стало.

Мачеха, узнав про завещание, устроила истерику:

— Да как он мог?! Этой нищенке, этой сироте — всё состояние?! Я с ним всю жизнь рядом, все лучшие годы отдала! Кретин неблагодарный!

Но юристы были непреклонны — завещание составлено идеально, не подкопаешься. Контрольный пакет акций официально перешёл ко мне.

Я сидела в отцовском кабинете, перебирая бумаги, и думала — как же я буду без него? Кто защитит меня от этого огромного, страшного мира бизнеса?

* * *

После похорон я пришла в отцовский кабинет — теперь мой кабинет? Села в огромное кожаное кресло, и оно буквально проглотило меня. Я казалась себе такой маленькой, потерянной...

— Мирослава Андреевна? — его голос был мягким, обволакивающим. — Примите мои соболезнования. Андрей Степанович был великим человеком.

Гордей. Отцовский зам. Я часто видела его мельком — высокий, подтянутый, всегда в идеальном костюме. Он излучал уверенность и силу.

— Я помогу вам, — он присел на край стола. — Вам сейчас тяжело, я понимаю. Столько документов, отчётов... Позвольте мне взять часть забот на себя.

И я позволила. Конечно позволила — я же не умела отказывать. А он был таким... надёжным. Всегда рядом, всегда поддержит, подскажет. Водил на деловые встречи, учил тонкостям бизнеса.

— Ты молодец, — говорил он. — Но не перетруждайся. Женщине вредно так погружаться в работу.

Я таяла от этой заботы. Впервые в жизни рядом был мужчина, который видел во мне не "сиротку", не "приживалку", а женщину. Когда он смотрел на меня своими карими глазами, когда легонько касался моей руки, помогая разобрать документы... У меня земля уходила из-под ног.

Не могла спать по ночам, думала о нём. Ловила каждый взгляд, каждую улыбку. Когда он входил в кабинет, сердце начинало биться где-то в горле. Влюбилась, как девчонка — первый раз в жизни, без оглядки, без страха.

А он... он просто был рядом. Не требовал быть удобной, не попрекал прошлым. Водил в театр, дарил цветы, рассказывал смешные истории из жизни компании. Защищал на совещаниях, когда старые партнёры отца пытались давить на меня.