Онлайн книга «Измена. Ухожу к ней»
|
Тут вибрирует телефон — на экране Ярослав… Липкий холод хлынул по спине. Он названивает и названивает. Я сбрасываю. А потом сообщение приходит: "Я под окнами стою. Выходи, Мариш. Очень поговорить надо! Я с миром пришёл, правда..." Мудак старый! Явился... Ну ладно, хорошо! Да, действительно пора поговорить насчёт развода — пусть быстро соглашается и валит на все четыре стороны. Поддержка мальчишек меня взбодрила. Теперь я точно ничего не боюсь с такой-то сильной командой! — Мамочка, я ненадолго, — накидываю куртку. — В магазин схожу. Выхожу из подъезда и натыкаюсь на мужа. Замираю, разглядывая его. С непривычки даже на секунду теряюсь. Без густой бороды он кажется другим человеком. Как же я отвыкла от него такого… Но именно этот образ ассоциируется у меня с тем самым прежним, настоящим Ярославом. Который когда-то был для меня идеальным во всём, мужчиной… мечты. Гладко выбритая кожа местами раздражена, на правой скуле виднеется свежий порез, заклеенный маленьким квадратиком пластыря. Видно, что брился в спешке, злой, на эмоциях, с трясущимися руками. Не могу удержаться — начинаю хохотать. Мой грозный муж, который годами холил и лелеял свою несравненную бороду, теперь похож на нашкодившего мальчугана. Того гляди, губу надует! — Надо же... — давлюсь смехом, разглядывая его нахмуренное лицо. На подбородке ещё один порез, кожа покраснела от бритвы. — Новый стиль? Решил имидж сменить? А как же твой "фирменный знак"? Помнится, ты говорил, что настоящий мужчина должен носить бороду... Интересно, что скажет ему его любимка? Наверное, уже не будет писать в комментариях "вах, какой мужчина!" Он стискивает челюсти, сжимает кулаки до побелевших костяшек. В глазах плещется настоящая буря ярости — бедненький, как же он старается сдержаться! Показать, что эта "мелочь" не задела его от слова совсем. — Ага, аллергия началась, представляешь? — цедит сквозь зубы. — Решил дать коже "подышать", сбрил ненадолго. Всё равно отрастёт, не жалко. Врёшь, любимый. Ох как врёшь! У тебя же трагедия века случилась — траур по “мужской гордости”. — То есть поминки козлиной бородке устраивать не будем? — бью наотмашь, чтобы понял: это только начало. Будет гораздо больнее, если продолжишь меня унижать. Он рыкает, хватает под локоть, тащит к машине: — Я мириться пришёл! Бороду общипала — ну? Полегчало? — Ну как сказать... — усмехаюсь. — По сравнению с тем, как ты со мной поступил — так это капля в море. — Пусти! — вырываюсь из его хватки. — Я никуда с тобой не поеду! И тут замираю в изумлении — Ярослав ведёт меня не к привычному чёрному "Мерседесу", а к... старым "Жигулям"! Белая "копейка", потёртая временем, но явно ухоженная, будто привет из прошлого. — Что это? — выдыхаю растерянно. — А где твоя… — Взял у Димона, — он пожимает плечами, открывая скрипучую дверцу. — Садись. Точно такая же машина была у него двадцать лет назад — его гордость, его первое авто. Самый крутой пацан на районе — все девчонки сохли, а выбрал меня. Помню, как мы сбегали на ней с занятий, неслись на дискотеку, целовались на заднем сиденье… Салон пахнет точно так же — бензином, кожей и почему-то карамелью. На зеркале потрёпанный брелок-подкова — "на счастье". Сажусь, и пружины сиденья знакомо поскрипывают. В такой машине мы признались друг другу в любви. В ней уезжали из роддома с новорожденным Дениской. Здесь всё дышит прошлым — счастливым, беззаботным, таким далёким теперь… |