Книга Измена. Ухожу к ней, страница 49 – Дарина Королёва

Завожу машину, выруливаю со двора. И почему всё так сложно? Почему нельзя просто жить и получать удовольствие от жизни? Вот Илонка — молодая, весёлая, без претензий. С ней так легко! А Марина... вечно драмы, вечно какие-то проблемы.

Даже в такой ситуации думаю, как сохранить многодетную семью...

Но перед глазами, как назло, стоит это чёртово фото — Илона в прозрачном кружеве, её изгибы, её молодое, упругое тело...

Оправдание находится мгновенно — я просто голоден, мне нужна женщина, чтобы выпустить пар! Это ничего не значит, просто физиология. Марина сейчас не может, она в положении. А мужчине что делать? Вон, даже в животном мире самец не привязан к одной самке…

Марина

После "парикмахерского сеанса" тихонько собираюсь и выскальзываю из квартиры.

Утренний воздух бодрит, приводит в чувство.

Бреду по просыпающимся улицам, положив ладонь на живот. В маленьком кафе на углу беру горячий чай и круассан с шоколадом — впервые за беременность появился аппетит.

Представляю, как Ярослав проснётся и обнаружит мой "подарочек". Его холёная борода, предмет особой гордости и вечных забот — теперь художественный беспорядок в стиле "пьяный парикмахер".

Улыбаюсь, вспоминая, как орудовала ножницами. Довёл, кобель проклятый! Не смогла сдержаться — слишком уж хотелось зацепить за живое, как он меня своей изменой.

Пусть теперь поменьше петушится перед своими курицами! А то отрастил эту козлиную бородку, чтобы перед ними красоваться. И ещё легко отделался — могла ведь и другие важные части подкорректировать...

Сажусь в автобус — соскучилась по мальчикам до боли. Без них даже воздуха не хватает.

Мама открывает дверь, и меня тут же накрывает волной детских объятий — Денис, Саша и маленький Кирюша виснут на мне со всех сторон.

— Мамочка! — Кирюша утыкается носом мне в живот. — А братик там или сестрёнка пинается?

— Пинается, солнышко, — глажу его вихрастую макушку. — А вы тут как? Скучали?

— Очень! Но и по бабушке тоже скучали. Мы себя хорошо ведём. Мы ей в квартире убираться помогам.

— Правда? — я приятно удивляюсь, обнаруживая в прихожей полные пакеты мусора.

— Правда-правда, — с гордостью заявляет Денис.

Радости нет предела… Ну ничего себе, какие молодцы! Обычно не заставишь даже тарелки за собой в раковину убрать, а тут такое — всю квартиру вычистили бабуле.

Это настораживает.

Словно они догадываются, что в нашей семье происходят самые неприятные вещи, которые только могут произойти.

— Хорошо, что выходные — можно провести с вами время, отвлечься от всего этого кошмара.

На кухне пахнет свежими блинами — мама всегда была волшебницей у плиты. Мальчишки уплетают за обе щеки, перебивая друг друга рассказами о том, как провели вечер с бабушкой.

— Мам, а папа всё также, работает? — вдруг спрашивает Саша, и моё сердце пропускает удар. — Вечно он на работе… Хочется с ним в футбол погонять, он обещал. Сказал, на выходные точно научит бить пенальти!

— Да, работает, — выдавливаю сухую улыбку и сглатываю. — Вы поели? Можете пойти поиграть.

Мама бросает на меня внимательный взгляд, но молчит. Мне кажется, она всё понимает. Поняла уже давно. С того момента, как я ей позвонила в такую рань.

Закончив с чаепитием, мальчики убегают в гостиную, а мы остаёмся вдвоём на кухне. Молча моем посуду — она не спрашивает, ждёт, когда я сама заговорю.