Книга Развод. Свободна по собственному приказу, страница 61 – Ирма Шер

Идеальная фигура Оксаны, просто красивая упаковка для её расчёта.

Сердце сжимается так странно. Но не от ревности, а от горькой грусти. К нему. К себе прежней. К тем пяти годам, которые я отдала человеку, который сейчас стоит с другой женщиной и выглядит так, будто его ведут на казнь.

У него теперь другая жизнь. С другими вводными.

Они скрываются за дверью регистрационного зала. Я слышу, как ведущая объявляет их имена. Дверь закрывается.

Я разворачиваюсь и почти бегу на улицу. Воздух врывается в лёгкие прохладным майским ветром. Егор стоит у машины, опираясь на капот. Увидев меня, он сразу выпрямляется.

— Варя?

Я подхожу и просто прижимаюсь к нему лицом. Он обнимает меня крепко, одной рукой гладит по спине.

— Всё нормально? — спрашивает тихо.

— Нормально, — шепчу я. — Просто… увидела их. Он женится. Сегодня.

Егор молчит секунду, потом целует меня в макушку.

— Поехали отсюда.

Мы садимся в машину. Он не спрашивает подробностей, просто включает музыку потише и едет в маленькое кафе на окраине, которое мы оба любим. Там тихо, почти пусто. Мы занимаем столик у окна. Егор заказывает мне любимый латте с корицей, себе, чёрный кофе.

Я верчу в руках свидетельство, потом прячу его в сумку.

— Я снова открыла запись на уроки, — говорю я, глядя в чашку. — Уже несколько человек записались. Женщины, подростки… без ограничений. И я… я думаю о переезде. Хочу найти что-то побольше. Чтобы было место для рабочего стола, чтобы не сидеть на подоконнике.

Егор ставит чашку и берёт меня за руку. Его пальцы тёплые, сильные. Он проводит большим пальцем по моим костяшкам.

— Варя, — говорит он низко, и в голосе столько нежности, что у меня перехватывает дыхание. — Посмотри на меня, пожалуйста.

Я поднимаю глаза. Его взгляд такой тёмный, глубокий, полный всего, что он так долго держал в себе. Там целая буря закручивается вихрем.

— Я не хочу, чтобы ты переезжала одна. Я хочу, чтобы мы подумали о нас. О том, чтобы быть вместе. По-настоящему.

Сердце делает болезненный, но такой сладкий толчок.

— У меня контракт заканчивается через три месяца, — продолжает он тихо. — Я не собираюсь его продлевать. Устал. От переездов, от казарменной жизни, от постоянного «готовься к командировке». Я хочу остановиться. На одном месте. Хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро, не думая, что завтра меня могут отправить куда-нибудь на полгода. Хочу строить семью. С тобой.

Его голос слегка дрожит на последних словах, выдавая так плохо контролируемые чувства. Он сжимает мою руку сильнее.

— Я знаю, что тебе страшно. Я вижу, как ты иногда тормозишь себя, когда сердце уже готово броситься. Я понимаю. После всего, что было… ты имеешь право бояться. Но я не Антон. Я не буду тебя контролировать. Не буду проверять каждый шаг. Я просто хочу любить тебя. Так, как ты заслуживаешь. Тихо. Надёжно. Каждый день, без оглядки…

Слёзы наворачиваются на глаза. Не горькие. Тёплые. Я смотрю на него и чувствую, как внутри что-то тает окончательно. Мои чувства к нему живы. И за все года они так и остались во мне, под толстым слоем боли, но они жили во мне. Теплились в темном уголке. А сейчас они снова разгораются, с новой силой, каждый день.

— Я боюсь снова раствориться в ком-то, — шепчу я. — Боюсь проснуться однажды и понять, что опять живу не свою жизнь.