Книга Развод в 50. Старая жена и наглый бывший, страница 11 – Анна Томченко

— А что ж ты, развлекушечка, не думал, когда я в несколько смен в больнице пахала? – Спросила тихо и зло.

— Ох ты как! Ох ты какая смелая! Я же говорю, совсем потеряла стыд, совесть и память. Да ты мне в ноги должна кланяться каждый раз, когда я приезжаю! Должна в ноги кланяться и желательно ещё при этом…

— Ах так?! – Не дала я ему договорить, вскидывая брови и спускаясь до конца с лестницы. – А тебе ничего на шею не положить, чтоб не натирало? А то, по-моему, корона так сдавила тебе мозг, что ты совсем не понимаешь, с кем разговариваешь: со своей девкой или с женой.

— А ты здесь никому оценку по моральному облику не давай. А рот откроешь и назовёшь её…

— Шлюхой? – Медленно спросила я, усмехаясь. – Так мне не обязательно её называть так. Даже если я буду к ней обращаться по имени, это не будет означать, что она не была продажной девкой, которая за бабки к возрастному мужику в койку прыгнула.

Егор рассвирепел, сорвался с дивана и перехватил меня за талию одной рукой, a вторую руку сжал на шее.

— Или что, ты хочешь сказать, она благочестивая, добропорядочная дева? Да, только как-то так вышло, видимо, залетела от святого духа? Да, Егор? Так залетела, что ты на протяжении нескольких лет скрывал вторую семью уже, а не просто любовницу. Отличный, гениальный план – потом прийти и обвинить жену!

Узнавание прошло во взгляде Егора, и он брезгливо оттолкнул меня от себя — стерва.

— А без мужика – у тебя характер испортился в сто крат. Стерва!

Я перетряхнула плечами.

— Выход сам найдёшь. – Произнесла я зло и, развернувшись, пошла к лестнице. – И только попробуй здесь остаться до утра – ментов вызову. Выдам такое, что не отмоешься.

Я поднялась по лестнице, зашла к Любе. Объяснила, что папа бесогонит, и попросила не обращать внимания.

И всю ночь не могла сомкнуть глаз тупо оттого, что его машина не выехала с территории участка.

Поэтому, когда в районе шести я спустилась на первый этаж, то застала Егора храпящим на диване. Он раскидал все подушки, стянул вязаный плед с подоконника.

Я прошла мимо и поставила возле дивана тазик на случай, если переоценил свои силы. Прикусила губы.

Потряхивало, и хотелось просто в моменте, пока он спал, придушить его подушкой.

На звуки Егор все-таки проснулся, поднял затуманенный взгляд и рявкнул на весь первый этаж:

— Кашу мне свари овсяную! И как я люблю, чтоб без соплей!

Я упёрла ладони в столешницу и произнесла:

— А с чего ты вдруг решил, что твоя бывшая жена должна что-то для тебя делать в своём доме?

Тишина заставила напрячься. Я обернулась и посмотрела на раскинувшегося на диване Егора – лежал с видом победителя. И ведь поразительно – умудрился ведь стянуть с себя шмотки, оставшись в одних трусах.

— Знаешь, Мариш, – голос такой слащавый, который говорил о том, что сейчас меня ждёт удар под дых. – А ведь то, что ты осталась в доме, не говорит, что он твой по документам. Это недвижка моя!

Я выронила стакан из рук.

— Не надо на меня так смотреть. Хотя, в принципе, ты даже сказать ничего не сможешь. В твоём стиле, знаешь ли. – Егор откинул от себя плед, демонстрируя мне свою полную мужскую состоятельность. Усмехнулся и покачал головой. – Гляди, чего потеряла.

— В смысле, дом по документам твой? – Проигнорировала я его наглое уточнение и наклонившись, собрала осколки в свободную руку.