Книга Формула любви для Золушки, страница 63 – Елизавета Красильникова

За окном уже несколько дней подряд лил дождь. Обычный московский осенний дождь, от которого так приятно прятаться за окошком. Саша с тоской смотрела на почти уже голые деревья, на унылых воробьев, мелькающих на проводах серыми пятнами, и думала, что разноцветная пора в природе и в ее жизни закончилась, а на смену ей пришло лишь серое однообразие. Есть такое время в году, между бабьим летом и началом настоящей снежной зимы, когда все вокруг становится однотонным: и деревья, и дороги, машины почему-то попадаются только грязно-серых оттенков, а люди перестают носить яркую одежду. Глядишь в окно — и как будто смотришь черно-белое кино. От этого становится как-то грустно, даже если причин для грусти на данный момент не имеется.

С трудом заставив себя привести в порядок квартиру, разобрав наконец сумки и смыв с себя последние воспоминания о поездке в Италию вместе с дорожной грязью, Саша решила действовать. Она собиралась напрочь вычеркнуть Вадима Татаринова из своей жизни — написать заявление об уходе и получить полный расчет по зарплате. Это отважное решение подкрепилось еще и тем обстоятельством, что Вадим должен был проявиться за эти несколько дней (как втайне надеялась Саша), но не проявился.

— Тем лучше, — ворчала Саша, яростно выдергивая из пачки очередной лист бумаги для своего заявления. — Значит, возражений с его стороны нет и не будет — быстрее получу расчет!

Выяснив по телефону у секретарши, когда Вадим Александрович будет в отъезде, Саша приехала на свою бывшую работу и отдала в приемную заявление. Затем она зашла в свой отдел попрощаться. Была бурная сцена с театральными возгласами Ольги Петровны, с недоуменным щебетанием девчонок, с ироничными ухмылками ребят. Денис, кстати, так ничего и не сказал, только отвернулся к компьютеру, рассеянно глядя на экран. Когда с формальностями было покончено, Саша вышла на улицу.

В это время к подъезду офиса припарковался автомобиль, а из него вылез Вадим. Девушка остановилась как вкопанная, от растерянности не зная, то ли бежать, то ли продолжать стоять на месте. Вадим заметил Сашу, окликнул ее, но поздно: она очнулась и, сделав вид, что ничего не видит и не слышит, стремительным шагом уже удалялась от него. Завернув за угол и убедившись, что ее не преследуют, Саша перевела дух.

— Ну вот, в очередной раз я показала ему, какая я дурочка. По-нормальному надо было подойти, все объяснить, сказать про заявление… Нет, мы так не умеем! — Саша тихонько рассмеялась (наверное, это было нервное). — Пусть. Пусть теперь думает обо мне что хочет. Мне должно быть уже все равно!

Вернувшись домой, она заварила себе кофе покрепче и приготовилась засесть за компьютер, но раздался телефонный звонок и нарушил все ее планы.

— Кому еще тут надо? — Саша недовольно посмотрела на телефон, немного помедлила, но все-таки решила ответить.

Персик ласково терся об ее ноги, наверное, выпрашивал что-нибудь вкусненькое, но Саше вдруг стало нс до него и вообще не до чего на свете, когда в трубке она услышала такой знакомый и такой мучительно волнующий сердце голос.

— Александра? Здравствуйте, это Вадим… Я нс отрываю вас? О’кей. Вот какое дело… Мне передали ваше заявление. — Вадим говорил ровным, серьезным тоном, но чуть медленнее, чем обычно, тщательно подбирая слова. — Я не буду сейчас обсуждать ваше решение, хотя мне оно кажется абсурдным. Я только хотел попросить вас встретиться со мной и поговорить по душам. Мне кажется, нам нужно это сделать, ведь я знаю чуть больше, чем вы думаете… Если вы не заняты сегодня вечером, после работы я буду ждать вас у себя в кабинете.