Книга Формула любви для Золушки, страница 35 – Елизавета Красильникова

Марио искренне переживал. Вадим похлопал его по плечу, утешая:

— Ничего, дружище! Проблема отцов и детей вечна… Зачем так расстраиваться? По-моему, твой Энрике никуда не удрал. И если я не ошибаюсь, не сделает этого вовсе, по крайней мере сегодня вечером.

Виолетта хихикнула, глядя маслеными глазками на Вадима. А Вадим снова незаметно толкнул ее. Марио представил вошедших присутствующей на вечеринке публике. Красиво одетые мужчины и женщины, преимущественно итальянцы — друзья Марио Бенциони, тепло встретили новых гостей. Веселье было в полном разгаре: кто-то танцевал под расслабляющее регги, некоторые, собравшись в небольшие кучки, стояли в стороне, держа в руках бокалы, кто-то курил на балконах и наслаждался теплым осенним вечером. Виолетта с радостью влилась в атмосферу праздника, схватив с подноса бокал белого вина, которое тут же было им предложено, и, выпив его залпом, потащила Вадима за руку в центр танцующих пар.

Татаринов решил позволить Виолетте немного расслабиться, рассчитывая на ее последующую благосклонность. Конечно, он не собирался весь вечер протанцевать с ней или еще как-нибудь убить время, которое, как известно, деньги (особенно для деловых людей). Основной целью его пребывания на этой вечеринке являлось знакомство с нужными людьми — Марио обещал его представить. Собственно, ради этого и был затеян прием, хотя официально гости были приглашены на празднество в честь бога вина. И венки из листьев дикого лавра, развешанные повсюду, были, призваны создавать ту же атмосферу этого древнего праздника, как и две тысячи лет назад.

Танцуя с Виолеттой, которая повисла у него на шее, и думая при этом о своем, Вадим даже не вспоминал о девушке Саше, такой неловкой и смешной.

Энрике удалось незаметно провести Сашу мимо гостей в свою комнату на втором этаже. Все еще произнося извинения и ругая свою неосторожность, молодой человек зажег свет, и Саша оказалась в очень уютной комнатке с невысоким скошенным потолком, нежно-желтыми обоями и большим окном. Вернее, она была бы уютной, если бы в ней не царил небольшой беспорядок. Основное место здесь занимал компьютер с различными вспомогательными устройствами. Как смогла определить Саша, у Энрике в комнате располагался настоящий офис с факсом-ксероксом, сканером и еще несколькими неведомыми ей приборами. Повсюду валялись диски, журналы, на полу в разных углах стояли чашки из-под кофе, которые, видимо, «жили» туг давно. Но больше всего Сашу приятно удивил большой меховой медвежонок, сидевший на застеленной синим покрывалом кровати. Это могло говорить только о том, что его владелец — человек с мягкой, романтической душой.

Юноша, ногой распихивая в стороны журналы, провел Сашу в ванную, которая примыкала к его комнате, как в отеле.

— Вот, синьорина, здесь вы можете привести себя в порядок. Я не буду вам мешать и подожду в комнате.

Энрике закрыл дверь ванной и принялся срочно наводить блеск в своем жилище. Все, что валялось на полу, было перемещено под кровать и прикрыто свисающим покрывалом. Экран монитора был протерт рукавом рубашки, поскольку специальную тряпку для этих целей найти было нереально. Энрике даже поправил занавесочки на окне — подобный жест был явно не в его манере.

А все дело было просто-напросто в том, что, как только он увидел распластавшуюся на газоне Сашу, в его сердце поселилось прекрасное чувство, которое так приятно кружит головы молодым людям. Энрике влюбился с первого взгляда. И хотя это для него было не впервые, чувство захлестнуло его настолько сильно, что даже такие мелочи, как занавески, теперь имели большое значение.