Книга Взаимное притяжение, страница 48 – Оля Миллер

Влад не был в сети со вчерашнего дня. Но не проходит и десяти секунд, как его статус меняется: «в сети». Курсор начинает прыгать — он печатает.

Объявление по салону самолёта звучит ровно, буднично: «Уважаемые пассажиры, самолёт произвёл посадку. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки и выключения табло „Пристегните ремни“».

Я медленно вынимаю наушники, возвращаюсь из мира музыки в реальность. За иллюминатором — серое небо, мокрые полосы на стекле, силуэты аэропортовых конструкций. Всё кажется чужим, далёким. Как будто море и тёплый ветер до сих пор обволакивают меня, а реальность — лишь полупрозрачная пелена, сквозь которую проступают очертания привычного мира.

Расстёгиваю ремень, поднимаюсь. Движения будто замедленные, словно я ещё не до конца здесь. Прохожу по узкому проходу, спускаюсь по трапу — воздух бьёт в лицо: резкий, холодный, с металлическим привкусом мегаполиса. Я ёжусь, но не от холода. От контраста. От внезапного возвращения.

В терминале шумно: гул голосов, скрип тележек, объявления на фоне. Я иду сквозь толпу, катя за собой чемодан, и чувствую, как с каждым шагом нарастает странное ощущение — будто я оставила часть себя там, у моря.

Перед вылетом я твёрдо решила, что не буду беспокоить Андрея. Он, конечно, сказал, что отменит совещание, чтобы меня встретить. Однако мне легче самой — не отвлекая его, не чувствуя вины за то, что ему приходится двигать свои планы. Я справлюсь сама, мне правда так проще. Поэтому отказалась. Осознанно. Спокойно. Почти с облегчением.

Но у выхода из зоны прилёта меня ждёт не такси.

Влад.

Он стоит чуть поодаль, но, словно почувствовав мой взгляд, тут же ловит его. Глаза встречаются — и внутри что-то дрожит, будто натянутая струна. Он медленно, оценивающе скользит взглядом по моему лицу, по волосам, по джинсам, лёгкой футболке и тёплому пуховику, который я накинула перед выходом из самолёта. В его взгляде — не просто приветствие. В нём — вопрос: «Ты изменилась?»

И, кажется, я и правда изменилась.

Ещё перед вылетом я написала Владу время прилёта. Без колебаний, без привычных сомнений — «а стоит ли?» Просто взяла и отправила сообщение, а в ответ тут же получила короткое: «Встречу». И это не вызвало во мне ни внутреннего сопротивления, ни ощущения, будто я навязываюсь или прошу слишком многого. Напротив — было легко, естественно, как будто так и должно быть. Как будто сама мысль о том, что он будет ждать, уже согревала, придавала сил.

Внутри — лёгкость. Не та, что приходит после хорошего сна или удачного дня, а глубокая, почти забытая: с Владом мне не нужно притворяться. Не нужно подбирать слова, сглаживать углы, оправдываться. С ним всё просто.

Я шагаю к нему без колебаний. Улыбаюсь. И, не раздумывая, целую в щёку — легко, приветственно. Он отвечает не сразу, но ответ его ощутимый: тёплая ладонь ложится на талию, пальцы слегка сжимают ткань пуховика, будто проверяя, настоящая ли я.

— Ты сияешь, — говорит он, отстраняясь, но не убирая руки. — Отдохнувшая. Красивая.

Я смеюсь — коротко, чуть насмешливо:

— А ты всё так же умеешь делать комплименты.

Он улыбается в ответ, перехватывает мой чемодан, и мы идём к выходу. Воздух за дверями аэропорта бьёт в лицо — резкий, морозный, совсем не похожий на солёный бриз, к которому я привыкла за эту неделю. Я невольно ёжусь, но не от холода — от контраста. От внезапного возвращения в реальность.