Книга Ритм, аккорд и Малыхин, страница 71 – Мариана Запата

Я опять промолчала, хотя ощущения были чертовски приятными, и придвинулась чуть ближе.

Горди в свою очередь спел песню Red Hot Chili Peppers, а после него на сцену поднялся Джулиан. Он вытянул листочек с песней «Tubthumping» группы Chumbawamba. Где-то на середине песни Саша и Эли присоединились к нему на сцене.

— Думаю, тебе стоит организовать кавер-группу Chumbawamba, — пошутила я, когда Саша опустился на свой стул и уже по привычке закинул руку на спинку моего.

— Обязательно, когда закончу с Vanilla Ice.

— О-о-о! Жаль я не додумалась написать это на бумажке. Хотелось бы посмотреть, как щуплый белый парень читает рэп под «Ice, Ice, Baby», — усмехнулась я.

Саша прищурился.

— Я, по твоему, щуплый?

Я оказалась на опасной территории, но что мне было терять, кроме гордости? Кроме того, если не попробуешь, никогда не узнаешь, верно?

— Нет. Ты чертовски привлекательный.

Саша удивленно округлил глаза и ничего не сказал, затем наклонился и прижался теплыми губами к чувствительному местечку за моим ухом.

Телефон Саши, который все время лежал на столе, оживился и отвлек меня от наверно самого чувственного момента в жизни. Я посмотрела на светящийся экран и обалдела еще больше. Не из-за того, что Саша получил сообщение от своей мамы, а потому что фоном на его телефоне было мое фото. Он сделал его пару дней назад, когда мы дурачились и я засунула салфетки в нос, чтобы не чихать на него.

Во взгляде Саши не было и намека на смущение или страх, когда я снова посмотрела на него.

________

— Как дела с твоим бойфрендом? — спросил Эли на следующий день за завтраком.

Он и Горди сидели напротив меня и ухмылялись.

— Как у меня дела с Мейсоном? — уточнила я и принялась ковырять бисквит в своей тарелке. Я притворилась дурочкой, потому что не хотела говорить о том, кто целовал мое плечо вчера вечером.

Эли сделал вид, что его тошнит и больно ткнул меня локтем.

— Я говорю «бойфренд» и ты тут же думаешь о Мейсоне? Жуть!

— О ком мне еще думать? Он вечно называет меня невестой и говорит о нашей скорой свадьбе! — Я заехала Эли локтем в ребра, но, к сожалению, не так сильно, как он мне.

— Я люблю Мейса, но вы станете парой только, когда в моей заднице взойдет солнце, — пробормотал он.

Фыркнув, я отломила кусочек бисквита.

— Так о ком же ты говоришь? — поинтересовалась я, хотя отлично знала ответ.

Горди хихикнул, но тут же примирительно поднял руки.

— Я молчу.

— Я говорю о Саше, Криволапа. О твоем бойфренде Сашке-обнимашке, — наконец ответил Эли.

Остаток бисквита на тарелке больше не выглядел аппетитным, но я все равно сунула его целиком в рот, чтобы избежать разговора. Мы с Эли и раньше обсуждали моих парней и ничем хорошим это не кончалось.

— Мы с ним просто друзья, — прожевав, буркнула я.

Эли недоверчиво хмыкнул и обратился к Горди:

— По-твоему, я слепой?

Горди покачал головой.

— Так я слепой, Габи? — спросил он.

— Не слепой, просто несообразительный, — улыбнулась я.

Эли нахмурился, потом отодвинул свою тарелку и положил свои лапы мне на плечи.

— Габи, этот парень влюблен в тебя.

«Влюблен? В меня?»

Я понюхала воздух.

— Ты до сих пор не протрезвел, после вчерашнего, братик?

Эли не стал мне отвечать, и просто продолжил:

— Любой, у кого есть глаза и уши знает — этот парень считает, что даже твое дерьмо выглядит как радуга и пахнет цветами.