Книга Нам можно, страница 14 – Татьяна Чащина-Анина

И у Максима что-то отвалилось внутри, похолодело сильно.

Когда надо доверять своему предчувствию, а когда нет?

— Это Ева, — представил свою девушку Макс.

— Его тётушка, — она протянула свою ручку Мамедову.

Взяла вот такое сказала! Ладно он, шутка же была, интересно так, что тётушка младше. А этому зачем говорить, что родственница?

Тёмные узкие губы Мурада поцеловали её ручку в перчатке.

— Да не может быть! — восхитилась и рассмеялась Ева. — И что, все парни в Питере такие?

— Однозначно, — ответил ей Мамедов и улыбнулся во все тридцать два.

Макс знал, что происходило. Ева не могла не нравится — с её головы упал капюшон и волосы показались. Эти шикарные локоны! Чёрный взгляд Мамедова задержался на них, и в какое-то мгновение улыбка пропала, а потом снова появилась.

Отвратительный, мерзкий сигнал. Но Макс не подал вид. Может всё обойдётся, и Ева не будет себя так вести расслабленно. Это его вина, сам сюда привёл. Девушка уже настроилась отдохнуть, это было видно, и он не мог ей отказать.

— Пойдёмте, оторвёмся. Добро пожаловать в мир ярких эмоций и незабываемых ночей, тётушка!

Ева остановилась у входа в ночной клуб, глядя на мерцающие неоновые огни, пробивающиеся сквозь густую темноту ночи. Внутри пульсировала музыка, её ритм ощущался даже снаружи.

— Честно только, — Макс говорил достаточно громко в ушко Евы, — была хоть раз в клубе?

Она отрицательно покачала головой.

Почему-то так понравилось, что она пойдёт впервые именно с ним.

Окутал густой туман дыма, смешанного со сладкими ароматами. Лазерные лучи пронизывали пространство, будто срезая туман. Между разрисованными стенами гардероб, туда сдали одежду.

Музыка гремела так громко, что казалось, будто звук проникал прямо в кости, вибрируя каждой клеточкой тела.

Глаза медленно привыкли к полумраку, и стало видно, как люди хаотично двигались в такт музыке. Бар сиял разноцветными бутылками, за стойкой бармен ловко жонглировал бокалами, смешивая коктейли с виртуозностью фокусника. В воздухе витало ощущение свободы и радости, словно все заботы остались за дверью этого ночного мира.

Ева медленно продвигалась вперёд, пока не оказалась на танцполе. Сначала она стояла неподвижно, наблюдая за окружающими, но вскоре начала двигаться сама. Плавная, нежная, красивая. В волосах запутались неоновые огни, в глазах отражались звёзды. Она казалась бесподобно привлекательной. Макс улыбался своей девушке, тело подчинялось ритму, каждый удар баса отдавался эхом внутри. Исчезало напряжение, оставляя только радость и лёгкость.

Время потеряло своё значение. Минуты сливались в часы, а часы — в бесконечный поток ощущений.

Яркая атмосфера, музыка, танцы. Световые инсталляции над ними, как стая летучих мышей. Темнели зоны отдыха, там полный мрак и не было освещения. Туда Макс отказался идти, хотя Мамедов тянул. Ева тоже не спешила уходить с танцпола. Ей не нужны были знакомства, она хотела движения. Да и Мурад явно не понравился.

Они как-то продвинулись ближе к диджею. Мощная звуковая система, создающая качественное звучание и ощущение полного погружения в музыку. Отошли только, чтобы передохнуть.

Макс тратил деньги, как будто они у него были. Не считая коробки с печеньем, купленной в кафе, он угостил Евушку молочным коктейлем. Хотя точно знал, что ему бы продали что покрепче. Не хотелось сейчас нарушать закон вообще в каком-либо виде, поэтому договорился с Евой изначально. И она согласилась, что они отрываются на молочном коктейле, а не так как все вокруг. А вокруг творилось нечто: прыгали, кричали, раздевались.