Книга Ловелас. Том 2, страница 91 – Илья Взоров

Шерил стонала всё громче, её голос переходил в хриплый крик. Я чувствовал, как финишная прямая приближается со скоростью курьерского поезда. В какой-то момент я понял, что больше не могу сдерживаться. Я резко перехватил Шерил, стаскивая её с себя.

Встав в полный рост прямо посреди ванны, я в несколько мощных рывков довел себя до предела. Я выстрелил горячей, густой струей спермы, заливая высокую грудь Шерил. Она замерла, тяжело дыша и глядя на белые потеки на своей коже с каким-то благоговейным восторгом. Даже втерла сперму себе в грудь.

Сьюзен подскочила, расплескивая воду, её лицо было пунцовым.

— Боже! — вскрикнула она, отворачиваясь. — Сделай так, чтобы я ничего этого не видела! Это... это просто кошмар!

Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин медленно покидает кровь. Проблемы издательства, недоделанный макет, вопросы с дистрибуцией — всё это на мгновение показалось несущественным по сравнению с тишиной, наступившей после крика Сьюзен.

«Сегодня я стал настоящим Ловеласом», — подумалось мне. — «Если мы передадим хотя бы десятую часть этой энергии на страницы, мир действительно будет лежать у моих ног».

* * *

Сьюзен выскочила из ванной так, будто за ней гнались все демоны преисподней вместе с комиссией по нравственности. Я едва успел настигнуть её уже у самого двери спальни.

— Сьюзен, стой! — я перехватил её за локоть.

Она вздрогнула, обернулась, и я на мгновение лишился дара речи. Она успела набросить свой шелковый халатик, но в спешке даже не подумала о поясе. Ткань призывно распахнулась на груди, глаза её лихорадочно блестели, а щеки пылали таким густым румянцем, что казалось, к ним можно прикуривать сигарету.

— Пусти меня, Кит! Это… это было за гранью! — голос её дрожал.

— Тише, тише, — я мягко, но настойчиво развернул её и повел в гостиную к барной стойке. — Никто не умер, Сьюзен. Мир не рухнул. Просто жизнь иногда бывает чуть веселее, чем в воскресной школе. Да, мы с Шерил занялись сексом. И нам было классно!

Я усадил её на высокий табурет. Руки мои действовали автоматически: лед в шейкер, джин, сухой вермут. Пара точных движений, и перед Сьюзен материализовался ледяной бокал мартини с одинокой зеленой оливкой на дне.

— Пей, — скомандовал я.

Она посмотрела на бокал так, словно в нем был яд, но потом, к моему удивлению, схватила его и выпила почти залпом, даже не поморщившись от крепости. Я тут же наполнил бокал снова. Сходил запер входную дверь и как был голый, вернулся к бару.

— Мне так стыдно… — выдохнула Сью, уставившись в полированную поверхность стойки. — Разве так можно? Прямо там… при мне!

Я облокотился на стойку рядом с ней, чувствуя, как внутри утихает буря, оставляя после себя приятную пустоту.

— Знаешь, я тут согласен с твоей сестрой, Сьюзен. Все, что происходит по согласию двух взрослых людей и приносит им взаимное удовольствие — всё это не просто можно, это нужно. В болото ханжество. Мы строим новый мир, и в нем нет места для подглядывания сквозь замочную скважину с осуждающим лицом. Я же видел, что тебе тоже хочется!

— Да, но не вот так!

— А как? Наедине ночью в миссионерской позе под одеялом? А без одеяла уже грех?

Сьюзен фыркнула:

— Я не такая ханжа, как ты думаешь!

Из ванной донеслось веселое напевание Шерил под шум воды. Сьюзен вздрогнула при звуках голоса сестры, и я понял, что градус напряжения надо срочно снижать делом.