Книга Ловелас. Том 2, страница 68 – Илья Взоров

— Вы не стали драться!? — Рейчел даже потрогала меня, не веря своим глазам

— Скажем так, удалось разрешить ситуацию на понятном для Билла уровне

— Ты ему денег что ли дал? — Кристи тоже не поверила

— Дорогуша, я только беру!

Ларри что-то прошептал на ушко Рейчел, та посмотрела на меня квадратными глазами.

— Это правда, что ты…

— Ццц! — я приложил пальчик к пухлым губам девушки — Все потом, мне сейчас надо отлучится на полчасика. У меня важная встреча. Дождитесь меня тут.

Быстрым шагом я направился в университетский сквер, который был напротив главного здания. Я уже опаздывал, поэтому прибавил шагу, почти побежал.

Полли пришлось поискать. На главной аллее ее не было, ушел на второстепенные. Наконец, из-за одного дерева, стоящего в окружении густого кустарника, мне цыкнули. Стоило мне обойти растительность, ругаясь и то и дело попадая туфлями в топки места, как я увидел Адлер. Она стояла прислонившись к стволу, держала в руках короткий револьвер. И он был направлен прямо на меня.

— Живо снимай пиджак и рубашку!

— Послушай, Полли, — я поднял руки, стараясь, чтобы голос звучал максимально беззаботно. — Я так не могу сразу. Мне нужно поухаживать, прелюдия, бокал вина... Мы ведь только познакомились, а ты уже меня раздеваешь.

— Быстро снял! — ее голос хлестнул, как нагайка. Она качнула стволом, сокращая дистанцию. — Живо, я сказала!

Я снял пиджак, повесил его на сучок. Развязал галстук. Потом начал медленно, пуговица за пуговицей, расстегивать рубашку. По скверу гулял легкий прохладный ветерок, и перспектива остаться в одних трусах перед бывшей «королевой борделей» Нью-Йорка казалась мне верхом сюрреализма. И тут я сообразил.

— Ты ведь не стриптиза хочешь, верно? Ты хочешь проверить, не прячется ли у меня под рубашкой «пузо» с микрофоном и парой миль проводов? — я задрал рубашку, повернулся. — Разочарую тебя. Если бы я был агентом ФБР, ты бы уже давала показания в наручниках.

Полли прищурилась, не опуская оружия. Ее взгляд скользил по моему лицу. Убедившись, что я «чист», она вдруг перешла на русский — с небольшим акцентом и анахронизмами:

— Почему тогда не сказал пароль? Тот, что был в наставлении?

— Потому что сейчас пятьдесят второй год, Полли. Очнись. Твоих кураторов на Лубянке Абакумов пустил под нож еще в начале пятидесятых. Ты про чистки в органах слышала? Об этом даже в американских газетах писали. Пропали не только люди. Пропали архивы, связные и вся та легенда, на которой тебя когда-то высадили в Штатах.

Полли медленно опустила револьвер и спрятала его в изящную сумочку. Напряжение в ее глазах сменилось какой-то усталой обреченностью. Я начал одеваться обратно, борясь с непослушным галстуком.

— Если всё пропало... почему про меня вспомнили и решили «разморозить»? — спросила она, и в ее голосе промелькнула искра профессионального интереса.

— Пропало все, да не все. Кое-что осталось.

В этот момент меня прошибло озарением. Я ведь строил империю, искал кадры, а тут передо мной стояла женщина, которая знала о человеческих слабостях больше, чем профессиональные психологи и составители учебников.

— Есть один проект, Полли. Как раз по твоему профилю.

— Снова бордели? — она усмехнулась — Хочешь, чтобы я опять собирала грязное белье для Москвы?