Книга Забрать свою семью, страница 49 – Юлия Бонд

Через неделю

— Валентина Дмитриевна, вам, как всегда? – интересуюсь я, дождавшись, когда свекровь поудобнее утроится в кресле перед зеркалом.

Улыбаясь, женщина смотрит на меня через зеркальное отражение.

— Да, Асенька, всё как обычно. Корни подкрасить и чуть-чуть обновить стрижку.

Кивнув, я выполняю подготовительные процедуры к окрашиванию. Пока подбираю нужную процентовку смеси, замечаю, как свекровь наблюдает за каждым моим действием. Честно говоря, я думала, что она ко мне больше не обратится, ведь мы с её сыном разводимся. А нет, Валентина Дмитриевна сейчас здесь и судя по её дружелюбному настрою, обид на меня не держит.

— Как у тебя дела, Асенька? Как София? Так давно не виделись с внучкой.

— Да всё хорошо у нас, Соня в школу ходит, я работаю. А выходные проводим вместе. Хотите, приходите к нам в гости на выходных.

— А можно? – воодушевлённым голосом спрашивает свекровь.

— Конечно, можно, мы и сами к вам придём в гости, если позовёте.

— Очень хорошо, тогда я обязательно приду, – свекровь замолкает, и её молчание означает лишь то, что она обдумывает, как повернуть разговор в нужное ей русло.

Я бы могла помочь. И первой завести разговор о её сыне, но не буду. С неких пор я стараюсь не думать о Стельмахе лишний раз. Получается плохо, но я не сдаюсь.

— Это не моё дело, я понимаю, что вы со Львом люди взрослые, но всё же спрошу, – всё-таки не сдерживается свекровь. – Ася, вы действительно разводитесь?

— Да. Разве ваш сын вам об этом не сказал? – искренне удивляюсь. Ну не может быть, чтобы Лев не разговаривал на эту тему со своей матерью.

— Говорил, но… – вздыхает. – Ты же знаешь немногословного Льва. Он от меня просто отмахнулся, мол, разводимся, и всё. А я даже причины понять не могу. Жили же так хорошо, семья благополучная, не скандалили. Я вот всё время думаю, как Софушка переживает ваш развод, это же такая травма для ребёнка.

— София – неродная дочь вашему сыну, – говорю честно, чтоб с глаз женщины слетела пелена. И да, лучше бы мы скандалили с её сыном, как все нормальные люди, а не копили обиды. Мы даже высказать друг другу не можем всё то, что застряло внутри нас и сидит там годами.

— Я знаю это, Асенька, – неожиданно отвечает свекровь, а мне даже неловко становится. Как давно она про это знает, и почему ни разу не заикнулась на эту тему? – Но Лев же с пелёнок её воспитывает, она ему как родная. И не зря же говорят, что отец – не тот, кто родил, а кто воспитал.

— Ну надо же, – вырывается из меня, я, правда, без колкости. Просто не каждый день узнаёшь, что свекровь знает о твоей тайне, но почему-то хранит её. Ведь с матерью Матвея она была знакома много лет, всё-таки их дети с детства дружили. Теоретически она могла бы всё рассказать той женщине.

— Если тебе интересно моё мнение, то я против вашего со Львом развода. Вы молодые ещё, живёте эмоциями, погорячились.

Пробубнив “угу”, даю понять Валентине Дмитриевне, что продолжать этот разговор не намерена. И свекровь больше не поднимает тему развода, да и вообще переходит на нейтральные темы.

Через полтора часа отпускаю свекровь, денег брать не хочу – вот прям совсем, её сын столько для меня сделал, что я ему буду до конца жизни обязана. Но Валентина Дмитриевна всё же умудряется засунуть деньги между баночками со средствами по уходу за волосами.