Книга Сводные. Любовь на грани, страница 95 – Ева Риччи

— Завтра поеду к ней, её из комы будут выводить. Хочу увидеть.

— Хорошая новость..

— Ладно, до завтра, тоже поеду домой.

— Да, бывай.

Сажусь в машину и набираю отца. Идут гудки, но трубку не берёт, наверно, в бассейне или на пляже. Сбрасываю вызов, сам перезвонит.

Мысли в голове так и вертятся о мелкой и её одногруппнике. Интересно, он ушёл? Хотя, не так, надеюсь, что уже ушёл. Медленно добираюсь до дома, попав в пробку, заезжаю во двор и вижу машину Егора. Пацан у нас ещё, получается. И этот факт меня бесит, почему так долго делают проект?

Прохожу сразу на кухню, открываю холодильник, соображая, что приготовить по-быстрому. Взгляд упирается в кастрюлю, занятно, что там мелкая приготовила? Открываю крышку и вижу борщ, принюхиваюсь, вроде аромат приемлемый. Наливаю порцию и грею на плите, зелень нахожу рядом с кастрюлей борща, в контейнере. Хозяюшка растёт. Ужиная, поглядываю на часы, давая ещё полчаса студентам наверху. Из мыслей выдирает звонок мобильного, смотрю на экран — отец.

— Привет, пап.

— Здравствуй, сын. Как дела у вас с Ариной? Всё хорошо?

— Нормально. Вы как? — не собираюсь отчитываться про наше общение с мелкой.

— Мы — отлично. Как же я давно не был в отпуске. Плаваем, едим и спим, — счастливо смеётся отец.

— Всё понятно, вы в раю, — хмыкаю в ответ. — Ты там жене своей скажи, что на земле дочь осталась, звонить пусть не забывает, — невесело усмехаюсь.

— А есть надобность? — задумчиво спрашивает отец.

— Звонить своим детям есть необходимость всегда. Вы, вообще-то, должны были меня лучше подготовить к присмотру за мелкой, — выговариваю отцу.

— В каком смысле?

— В прямом, пап, например, сказать, что она работает в забегаловке. У нас денег нет? Зачем ей работать? Ещё и официанткой! Позорить, чтобы нас? — завожусь с пол-оборота.

— Матвей, она взрослая, и сама решает, как жить. Не забывай, я не её отец, повлиять не могу.

— Понятно! Вы, главное, поженились, а мы, дети, еб@сь как хотите, взрослые же! Ты чего звонил?

— Хотел сказать, что я Ирину уговариваю на неделю задержаться, со своим руководством этот вопрос решаю. А она упёрлась, говорит — дела в Москве, работа.

— Работящие какие, что дочь, что мать, — цежу сквозь зубы. Знаю, какие у неё дела, любовнику своему помогать. — А вообще, пап, мне что разорваться? За мелкой смотреть и к бабе Нюре в больницу мотаться, и это не говоря о бизнесе и спорте.

— Кстати, как баба Нюра?

— Завтра из комы выводят, кризис миновал.

— Но вот видишь, хорошие новости, — довольно говорит отец. — Так что, сын, могу я рассчитывать на тебя?

— Пап, я планировал передать вам Арину через неделю и свалить к себе в квартиру. Я в твою семью играть не нанимался.

— Матвей, по-мужски меня пойми, — пытается играть на солидарности.

— Эээ, нет, вот точно мимо!

— Ладно, понял. Буду думать. Завтра ещё позвоню. Пошли мы на ужин, Ирина уже оделась...

— Всё, пока, — перебиваю и бросаю трубку, не собираюсь я слушать о его суке.

Пишу смс Константину, подробно излагая суть разговора. Получаю ответ, что завтра будут принимать решение, как лучше сделать, и договариваемся созвониться после обеда.

Подогрев себе ужин, принимаюсь за борщ. Ем с удовольствием. Наваристый и вкусный, наверно, надо похвалить Арину, хорошо приготовила.