Книга Сводные. Любовь на грани, страница 73 – Ева Риччи

— Серёж, самолёты вроде не проблема, взял бы наш или Татьяны, — переключает внимание Алевтина Петровна на отчима, сочтя мамино объяснение недостойным.

— Алевтина Петровна, я предлагал оплатить бизнес-джет, но Ирина отказалась. Ничего, мы к ним в гости слетаем на новогодние праздники, — улыбаясь, отвечает женщине.

— Родители будут рады, — врёт мама: бабушка и дедушка давно не в курсе, что у нас в жизни происходит.

— Всё равно не понимаю, дочь замуж выходит…, — развивает тему Алевтина Петровна дальше, — а вы в семье единственный ребёнок?

— Царёвы, готовы к регистрации? — женщина-регистратор своим появлением спасает маму от дальнейших расспросов.

Начинается церемония, регистратор зачитывает трогательную речь о союзе двух любящих сердец. Я так увлеклась, что не заметила как она спросила у мамы согласия. В зале пугающая тишина, а все глаза устремлены на брачующихся, кажется, что-то не так.

— Ирина, согласны ли вы взять в мужья Сергея? — нервно спрашивает регистратор.

Интересно какой раз она повторяет свой вопрос? Сергей Владимирович ласково держит маму за руку и при этом удивлённо-вопросительно смотрит на неё, переживает, но старается не показывать этот факт. Мой взгляд перемещается на Матвея, и я испуганно вздрагиваю, он стоит с таким злым и тёмным взглядом, желваки играют на скулах, а кулаки разжимаются и сжимаются с силой, быть беде.

— Ирина? — теряет терпение регистратор.

Мама стоит белая, в тон платью, и затравленно отводит взгляд. Неужели она сделает наконец-то единственно правильную вещь и откажется от безумного плана?

— Да невеста просто волнуется, — попыталась разрядить обстановку баба Нюра.

— Ириш, всё хорошо? — громким шепотом спрашивает Сергей Владимирович, заглядывая ей в глаза.

— Да, — тихо, вздыхая. — Да, я согласна!

На меня падает мраморная плита разочарования, хочу топать ногами и орать. Я ведь почти поверила, что всё закончилось.

Жених и невеста обмениваются кольцами, и их объявляют мужем и женой. Я вижу, как Сергей Владимирович счастливо улыбается теперь уже жене.

Мой взгляд против воли устремляется к Матвею. Царёв в костюме — это отдельный вид искусства: накаченное тело гармонично смотрится в строгой классике. Сегодня на нём темно серый костюм, белая рубашка с галстуком в тон и, в завершение, на ногах темно-серые замшевые туфли. На свету завораживающе мерцают запонки и пирсинг в ухе. Волосы он оставил в беспорядке. Стоит со скучающей миной, что-то печатая в телефоне, не проявляя больше никакого интереса к происходящему, вот это у него перемена настроения, похлеще американских горок!

Гости нестройным хором поздравляют молодожёнов, Денис дурачится с шампанским, разливая его по фужерам, а у меня одно желание: убежать подальше от всего этого.

— Ариш, терпи девочка моя, — по материнским со спины обнимает меня тётя Надя.

— Пытаюсь, — жалобно вздыхаю и глажу её руку в благодарность.

— Тебе не одной тяжело? Сын Сергея даже не подошёл поздравить отца, — кивает на Матвея.

— Ну это ожидаемо, он нас терпеть не может, — констатирую факт.

— Вас? Или только Ирину? — со странными нотками в голосе, спрашивает тетя Надя.

— Ну, судя по нашим с ним стычкам, обеих.

— Ну что, молодые! Теперь в ресторан?! — громко спрашивает Денис.

— Да успокойся уже, — одёргивает внука Алевтина Петровна.