Книга Сводные. Любовь на грани, страница 62 – Ева Риччи

— Развернись, попку вверх, шлёпаю еще раз от души.

— Матвей… может, не сегодня?

— Сейчас, — отвечая, натягиваю презерватив и достаю смазку из ящика.

Кончив, иду в душ, Геля лежит без сил. Помывшись, решаю отправить её на такси домой, некомфортно мне, что она будет спать в моей кровати. Пары алкоголя уже выветрились и заработал мозг. На хрена приволок её в дом? Что, гостиниц мало? Возвращаюсь в спальню и вижу её спящей, вздыхаю, делать нечего: занимаю вторую половину кровати, долго ворочаюсь и не сразу проваливаюсь в сон.

Утром, проснувшись, смотрю раздраженно: Геля лежит в моей постели. Вот это я вчера нажрался. Ну, имеем, что имеем. Приняв утренний душ, иду её будить.

— Просыпайся, у тебя десять минут на сборы, полчаса на завтрак и домой.

— Царёв, ты офигел? У меня ломит всё тело, я встать не могу.

— Окей, я тебя понял, вызываю такси. Сейчас. Поедешь домой в одеяле.

— Блин, ты редкостный м@дак! — пыхтя поднимается и медленно тащится в душ.

Спускаемся вместе на кухню. За столом сидит мелкая, пьёт сок и ест кашу, бросает на меня презрительный взгляд и отворачивается.

— А где баба Нюра? — не здороваясь, задаю вопрос.

— Уехала на выходные к подруге в Сергиев Посад, — через паузу отвечает Арина.

— О привет, “НИКТО”, — язвит Геля при виде мелкой.

— А, это ты… А я думала, Матвей подался в сатанисты и всю ночь истязал и приносил в жертву собаку! Уж больно жалобный скулёж был, — проговаривает, мило улыбаясь и хлопая глазками.

— Что ты сказала, малолетка…, — визжит на выпад Арины.

Сдерживаюсь, чтобы не ржать, она права: стоны Гели — это не для слабонервных, громкая она, ну и реально скулит.

— Мелкая, не забывайся! — рублю конфликт на корню. — Ты ещё за ключи не расплатилась. — А ты, — смотрю на Гелю, — приготовь завтрак.

— Да пошли вы, — Арина хватает сок и тарелку с кашей и вылетает на психах с кухни.

МАТВЕЙ

Проводив Гелю до такси, вздохнул с облегчением. Решил спуститься в спортзал — надо проснуться окончательно и выгнать остатки вчерашней попойки из организма. Разогрелся на беговой дорожке. Сделал ряд упражнения на тяжесть, включающие поднятие и перемещение отягощённых предметов для тренировки различных групп мышц, приседания с гантелями, подтягивание, жим и мёртвую тягу. Мне, футболисту, эти упражнения нужны для развития силы и выносливости. Удовлетворившись лёгкой усталостью, закончил тренировку.

Выходя из спортзала, понял, что жутко голодный. Баба Нюра ничего не оставила из еды — правило у нас такое: готовить непосредственно перед трапезой, ничего гретого. Когда оставались вдвоём с отцом, всегда готовили сами, умеем и практикуем. А сейчас мне лень, но жрать охота. Из Гели, что хозяйка, что любовница — так себе, хоть в последнем она свою деревянную натуру компенсирует вседозволенностью, только сегодня я себя удовлетворённым не ощущаю. Значит, Полякова — отработанный материал, не вставляет больше, пора её в отставку.

Поднимаюсь на свой этаж, и взгляд падает на дверь мелкой, план рождается мгновенно. Прямой наводкой шагаю к её двери и открываю без стука. Мелкая подпрыгивает, сидя на диване с ноутом в руках, испуганно таращит глаза — забавно.

— Раздевайся, — снимаю потную футболку и кидаю за спину, наблюдая за эмоциями мелкой.

— З-зач-чем? — заикаясь спрашивает Арина.