Книга Сводные. Любовь на грани, страница 194 – Ева Риччи

— Милые дамы, извините, вынужден вас прервать, мне нужна помощь. Кто-нибудь из вас живёт в этом подъезде?

Меня сканируют все четыре постовых стража, внимательно осматривают с ног до головы и обратно, задерживают взгляд на букете в моих руках.

— Я тебя раньше не видела, — проговаривает самая вредная старушка. Своей жизни нет, вот она всех и про всех знает!

— Мы недавно переехали, чуть больше месяца, — включаю обаяние на максимум.

— И с какого ты этажа?

— С седьмого, с девушкой живу. Так вот, я сюрприз сделать хотел: пока спит, поехал за цветами, — трясу букетом в руках, — представляете, так торопился, что ключи дома забыл. Помогите… открыть дверь, — киваю на подъезд.

— В домофон позвони, — не сдаётся старая сторожевая, блин!

— И какой же это сюрприз? Если она меня ждать на этаже будет… — насыпаю вранья безбожно.

— Мань, скажешь тоже! — отмирает вторая старушка. — Прицепилась к мальчику, говорит же сюрприз, открой дверь. Дело молодое, нынче таких романтиков и не встретишь.

— А вдруг он вор, и нам зубы заговаривает, а букет для конспирации, вчера по первому каналу показывали...

— Мань, какой вор, ты его машину видела? Это корабль! Она дороже, чем твоя квартира. А по телевизору ничего хорошего и не показывают, ты лучше в церковь ходить начни, молитвы читать.

— Ивановна! Молодая была вредная, так в старости хуже стала. Пока ты допросы ведёшь, цветы мёрзнут, на улице минус пятнадцать. Открывай! — подключается третья.

Молча наблюдаю, как две мои защитницы продавливают самую подозрительную.

— Открою, но имей в виду, номера твоей машины я запомнила, — косится на меня, поднося ключ к домофону.

— Спасибо вам огромное, вы спасли мой сюрприз, — улыбаюсь так, что аж скулы сводит.

Шагаю в подъезд и в лифте, нажав нужный этаж, возвращаю привычное выражение лица.

Двери лифта открываются, взгляд упирается в нужную квартиру, сердце тарабанит, мне резко становится душно, придерживая букет одной рукой, расстёгиваю парку и нажимаю на звонок. Время тянется долго, упираюсь лбом в прохладный металл двери и считаю про себя секунды. На сто двадцать седьмой в квартире слышатся шаги, выпрямляюсь и смотрю на дверь.

— Матвей, уходи!

— Нет! Мы должны поговорить!

— О чём?

— О нас.

— Нет нас, уезжай.

— Буду стоять, пока не выйдешь, открывай дверь, мы просто поговорим, обещаю, — обещаю на полном серьёзе.

— Стой хоть до завтрашнего утра…

Слышу удаляющийся звук шагов.

Значит, так, да! Ну ок! Я упёртый. Подожду!

Полтора часа торчу на лестничной площадке, маленькая вредина, ни разу больше не подошла к двери, а я ведь прислушивался, ждал… Спустя полчаса не выдерживаю и стучу в дверь.

— Чего тебе? — скучающе спрашивает мелкая.

— Сжалься, воды дай, да и в туалет хочу… — у меня задача, чтобы она высунула нос из квартиры.

— Сжалится, говоришь?! — поворачивается ключ в замке и дверь открывается.

Встаёт на пороге квартиры, зависаю на моей девочке, такая красивая с макияжем, кудри завила, лосины кожаные и объёмный короткий свитер, который оголяет одно плечо. Жажду поцеловать плечико, провести носом по шее, накачаться ей, впиться в греховный рот. Слова застревают в горле. Стою и пялюсь на неё.

А для кого она разоделась? Собралась куда-то?

— Я так понимаю: это мне? — кивает на цветы.

— Да, котёнок, тебе, — протягиваю, спокойно принимает и недовольно спрашивает, — и?