Книга Сводные. Любовь на грани, страница 12 – Ева Риччи

— Я… — делаю вдох и чувствую, как щёки покрываются румянцем.

Начинаю вспоминать, что успела вычитать знакомое и понятное в названиях и в перечне продуктов, но меня отвлекает нескрываемый смешок рядом, заливаюсь румянцем ещё больше и прячусь за папкой меню.

— Арин, могу я посоветовать на свой вкус? — говорит Сергей, видя моё замешательство, и на кивок в ответ, продолжает, — возьми лосося на гриле с пюре батата и чипсами из артишоков, в самый раз для девушки, которая следит за фигурой, — шутит Сергей. — Надеюсь, ты любишь рыбу? Или могу предложить…

— Спасибо, я буду рыбу, — тороплюсь и соглашаюсь с предложенным блюдом, Сергей кивает с улыбкой и говорит мой заказ официанту.

— Буф-бургиньон и салат мисто, — произносит название блюд Матвей на французском языке, причём делает это свободно, сразу становится понятно, что изучал. — Это говяжье рагу, тушённое в красном вине с овощами и травами, и подаётся с картофельным пюре. А салат — это обычные листья салата и помидор. Решил тоже просветить, как отец, и внести свою лепту в твоё образование, — гад с ухмылкой смотрит на меня.

— А разве спортсмены не соблюдают диету и не питаются травой? — захлопываю меню, громче, чем планировала и говорю, намекая, что он козёл!

Слышу то ли смешок, то ли кашель со стороны взрослых, не оборачиваюсь потому, что у нас идёт дуэль взглядов. А он что думал, не дам отпора?

— Арина! Немедленно извинись! — истерично вскрикивает мама.

— А вот это уже интересно… — тянет слова Матвей, что-то обдумывая.

— Ирина, они уже взрослые дети, думаю, и без нас смогут найти общий язык, оставь их. Тем более, Матвей сам спровоцировал, — пытается Сергей успокоить маму. — Давай лучше определимся с твоим заказом, решила, что хочешь? Рыбу, мясо или морепродукты? — уводит внимание Сергей на себя.

— Пожалуй, остановлю свой выбор на Рататуе и Гренках с пармезаном, — делает заказ мама.

— Ризотто с креветками и бутылку вина “Кристалл” две тысячи двенадцатого года и воду, — заканчивает Сергей с заказом официанту.

— Матвей, кстати, Арина тоже будет учиться в МГУ, только на другой специальности, — произносит Сергей, смотря на сына.

— Неожиданно... какой курс и специальность? — переводит Матвей взгляд на меня.

— Первый курс, “Экономика и статистика”, — отвечаю и прячу взгляд от настырно-пронзительного внимания.

— А лет то тебе сколько? Семнадцать? — саркастически спрашивает.

— Почему семнадцать? Четвёртого августа было восемнадцать лет, совершеннолетняя я, — последнее добавляю, сама не понимаю зачем.

— Второгодница, что ли? — ухмыляется гад.

— А у тебя смотрю, по математике пять в школе было! Нет, не второгодница! — бесят неимоверно его подколы, но я стараюсь быть вежливой, хотя бы из-за Сергея. — Просто пошла в школу с восьми лет.

Но не говорить же, что в аккурат перед первым классом, отец пил и не работал нигде, денег в семье не хватало, а мамину зарплату он отбирал и пропивал. Соответственно, денег собрать меня в школу не было. Отворачиваюсь и смотрю на маму, жду сама, не знаю чего, вздыхаю расстроено.

— Арина в тот год сильно болела, пришлось ставить вопрос серьёзно и выбирать между учёбой и здоровьем, — рассказывает откровенную ложь.

Сижу в шоке и не узнаю сидящую передо мной женщину. Мама, когда ты научилась так врать?