Книга (Не)образцовый айдол Восточной Старшей, страница 83 – Мэри Блум

— Лови, дорогая, этой ночью все для тебя!

— Свали уже домой, козлина! — аж надрывалась чудом не выпавшая из окна Инна.

Но пока свита рвала глотки, королева по-прежнему молчала. Молчишь? Ну молчи, молчи. В моем мешке еще много бельишка. Ничего для тебя не жалко!..

— А можешь и не благодарить! Я же знаю, что ты неблагодарная!.. — и с тем же остервенением, с которым дети на Хэллоуин закидывают дома не давших им конфетки туалетной бумагой, я отправил новую партию на ее уже заросший трусами газон.

И что вы думаете, меня кто-то разгонял, кто-то возмущался, кто-то из соседей был против? Ни фига! Они лишь распахнули окна пошире, навели смартфоны, включили камеры и записывали новое смешное шоу от дяди Мишеля. Чтобы потом на следующий день рассказывать на работе или в школе: «представляешь, какой долбан у меня по соседству живет? Клево, да?» Наверное, только этим и объяснялось терпение живущих вокруг людей — в смысле тем, что их жизнь без меня была бы слишком скучной.

— Ой, Мишель, по ходу, это за нами… — вдруг заволновались сзади мои пацаны.

А следом рядом остановилась тачка, и из нее выпрыгнули крепкие мужики в служебной униформе. Опа, а вот и наша охрана подъехала.

— Михал Юрич, — поглядывая на творящееся безобразие, подошли они ко мне, — тут такое дело… Нам твоя матушка сказала скрутить тебя и притащить в дом… А может, ты сам как-нибудь? Сам понимаешь, не хотелось бы…

— Мужики, — повернулся я к ним, — пять минуток еще! Если не уложусь, можете скрутить меня и увести куда угодно. Хоть к матушке, хоть сразу в психушку! Меня сегодня и там, и там примут.

Охранники подавили отнюдь не служебные улыбки. Вообще, у меня хорошие отношения с мужиками из охраны нашего коттеджного микрорайончика. Я всегда был с ними вежлив, поздравлял с праздниками, вискарик пару раз дарил, а они закрывали глаза на некоторые мои веселые вечеринки, проявляя терпение и понимание, которые проявили и сейчас.

— Тогда сделаем вид, — сказали они, — что мы еще не подошли. Но пять минут… — и с этим отошли, чтобы понаблюдать финал вместе со всеми.

Эх, как же просто-то с мужиками. Да что ж с бабами-то, блин, все не так! Все вечно через жопу! Вот даже сейчас сдал меня не дядя Андрей, кто имел бы право, а моя собственная мать! Потому что все женщины — зло!

— Ты — зло! — проорал я, наконец увидев в окне заветный силуэт, растолкавший своих сестер и подружек. — Долго еще меня мурыжить будешь⁈ Или будешь делать вид, что и вот этого всего, — размашисто обвел я рукой валяющиеся по всему ее двору трусы, — тоже нет и не было⁈ Ну давай, повтори мне это в лицо!.. Скажи, что ничего не было!.. Последняя девственница Карпова, блин!.. Самой-то не смешно? Мне вот охренеть как смешно!..

— Девственница? — с сомнением спросил Тоха за моей спиной.

— Тихо-тихо, — отмахнулся Тим, — пускай сами разбираются…

На глазах всех вокруг — соседей, зевак, случайных свидетелей — творилась новая легенда. Настоящий эпос, который без сомнения потом пойдет из уст в уста. Да по контенту этой ночи уже можно написать хитовый ретро шлягер типа «миллион, миллион, миллион белых трусов на лужайке своей из окна видишь ты…» Вот только моя капризная «актриса» все не спешила к своему бедному «художнику», несмотря на всю любовную инсталляцию, которую я устроил под ее окнами. А отведенные мне пять минут немилосердно заканчивались.