Книга Мое карательное право, страница 122 – Мэри Блум

— Ваше Сиятельство, — выпалил он, — поздравляю с помолвкой! Есть какие-нибудь новости по вашему делу?

Да вы издеваетесь, что ли? Ну хоть здесь можно забыть про работу?

— Устранить его, хозяин? — тут же уточнило мое заботливое исчадие.

— Увы, — вслух ответил я, — никаких новостей.

— Но если будут, — не отставал начальник Охранки, — могу я рассчитывать на ваше содействие?

— Яков Вильгельмович, — я стукнул тростью по полу, как бы намекая ему свалить, — у меня сегодня праздник. И ваша работа — это последнее, что меня сейчас волнует.

— Еще раз примите мои поздравления, — с досадой пробухтел он и утопал прочь.

Я же наконец вышел из зала и, покинув дворец, добрался до своего автомобиля, стоявшего в сторонке у бокового выезда. За темными стеклами заднего сидения уже ждала Лиза, нетерпеливо постукивая пальцами по обивке. Я опустился рядом, она чуть смущенно улыбнулась. Водитель и охранник, сидящие впереди, тактично подняли темную заслонку, закрываясь от нас. Переглянувшись, мы с подругой прильнули друг другу. Горячее дыхание пробежало по моей щеке, я поймал ее губы. Обвив мою шею одной рукой, другой она стянула диадему с головы и небрежно вытащила шпильки. Длинные светлые локоны мягко рассыпались по открытым плечам. Обнимая, я нащупал молнию на ее спине — скорее справочно. Не буду же я раздевать мою принцессу в машине — по крайней мере, не в первый раз.

— Ты меня везешь не к себе, — пробормотала она, покосившись в окно. — А куда?

— К нам, — ответил я, вновь ловя ее губы. — В наш будущий дом. Хочу его тебе показать…

Вскоре автомобиль остановился у особняка, который я приобрел недавно — неподалеку от дворца, с видом, как и в доме бабушки, на Неву и Петропавловскую крепость. Днями внутри активно велся ремонт — мне не понравился вкус прошлых хозяев, и все теперь переделывалось под мой. Зато вечерами здесь стояла тишина.

Сжимая руку с кольцом на безымянном пальце, я завел будущую супругу в огромную гостиную, в панорамные окна которой сейчас заглядывала Луна. Некоторое время Лиза с любопытством осматривалась, замирая глазами то в одном углу, то в другом, словно представляя, что там поставит из мебели. В детстве она обожала украшать кукольные домики — теперь у нее будет свой. А ведь, несмотря на высокий статус, своего — того, что не заберут при необходимости, как, например, пытались забрать нас друг у друга — у нее было очень мало. Ради того восторга, который сейчас появился в глазах невесты, я ее сюда и привез.

— Нравится? — спросил я, с улыбкой наблюдая за ней.

— Очень, — отозвалась она. — А там что? — и махнула рукой в сторону широкой двери, которую я тоже планировал заменить.

— Столовая.

Лиза, воодушевившись еще больше, потянула меня туда. Переступила порог просторной комнаты и тут же испуганно отшатнулась. В углу в старом кресле, оставшемся от прошлых хозяев, которое еще пока не выбросили, сидел человек — неподвижно, как восковая фигура, сложив руки на коленях и застыв, будто пришел в гости и остался в них навечно. Луна, проникавшая сквозь широкое окно, осветила знакомое лицо графа Никиты Семеновича Долгорукого — остекленевшие глаза, засохшую струйку крови, которая тянулась от переносицы вниз, и дыру от пули в самом центре его бледного лба.

Лиза вскрикнула и сразу же, зажав рот ладонью, словно боясь потревожить мертвого, в ужасе прильнула ко мне. Да, пожалуй, теперь графа можно вычеркнуть из списка. Похоже, его ветер дул в мою сторону до последнего, и это кому-то крайне не понравилось.