Книга Моя простая курортная жизнь 4, страница 89 – Мэри Блум

— Блин, блин, блин… — аж причитала подруга. — Вот это я понимаю осталась после уроков!.. Аааа…

Случайно подняв глаза, я вдруг столкнулся взглядом с хозяйкой кабинета, застывшей на пороге и сквозь строгие очки обалдевши смотревшей на нас. Несколько мгновений мы с Гелей таращились друг на друга, пока я по инерции долбил Алену.

— Давай, давай, кончи в меня!.. — сквозь стоны молила та, сжимая меня все жарче. — Дааа-вааай…

Чувствуя, что больше не могу сдерживаться, я прикрыл глаза и наполнил эту голодную киску как минимум за двоих. В конце концов, я же должен поблагодарить любимую учительницу за ее заботу о моей личной жизни, а заодно и показать в действии то, о чем она спрашивала. Однако когда я вновь открыл глаза, дверь была закрыта и на пороге уже никого не стояло, словно все это мне привиделось.

Как же так, Геля Алексевна? Не поставите мне заслуженную пятерку?

Случилось это седьмого марта, за день до праздника. Я, никому не мешая, сидел на уроке английского — позевывая, слушал, как Геля гоняла пацанов, заставляя сочинять целые поздравительные баллады девчонкам на языке Шекспира. Однако меня сегодня обошла стороной, что в целом логично: моя пятерка за год уже гарантирована. Оставалось только наслаждаться своим превосходством под несчастный бубнеж одноклассников. Ну а в самом конце занятия, вдоволь поиздевавшись, Ангелина Алексеевна раздала контрольные, которые мы писали на прошлом уроке. Я взял свою, памятуя, что тест был легким. Развернул листок и получил…

Трояк? У меня? Быть такого не может.

Озадачившись, я пробежался по выделенным красной ручкой ошибкам, которых было очень много, просто до фига — и из которых ни одна ошибкой не являлась. Это ж как она проверяла — под бутылочку шампанского, которое мы ей однажды подарили?

Звонок пронесся по школьным коридорам. Одноклассники, похватав рюкзаки, покинули этот пыточный кабинет, а я подошел к любимой учительнице, трудолюбиво помечающей что-то в журнале.

— Ангелина Алексеевна, — позвал я.

— Да, Рома? — она неторопливо подняла глаза.

— А за что у меня тройка?

— Думаю, — взгляд за стеклами строгих очков с еле уловимой иронией пробежался по мне, — ты и сам должен понимать за что.

И за что? За то, что вы видели? Или за, то что трахался в вашем классе? Вообще-то, трахался я тут явно не на тройку. Такой предвзятости от Гели я прям не ожидал.

— Много отвлекаешься в последнее время, — невозмутимо пояснила она, — вот и наделал ошибок.

— Но тут нет ошибок, — возразил я, показывая свою контрольную.

— Ром, мне сейчас некогда, — раздалось в ответ, — но тут полно ошибок. Если интересно, подходи после занятий. И я тебе все подробно объясню…

Подробно, значит. Мой взгляд задумчиво скользнул в вырез ее блузки, случайно — разумеется — расстегнутой сегодня на одну пуговку больше, чем обычно. Что ж, раз любимая учительница говорит, что я ошибся, придется заняться работой над ошибками.

— Работу принес? — спросила Геля, когда после уроков я заглянул к ней в кабинет, где она, обычно вечно опаздывающая, сейчас поразительно пунктуальна сидела за учительским столом, будто ожидая меня.

Строгие очки на носу, серьезный взгляд, губы невозмутимо сложены — вот только деловой жакет сброшен на спинку стула, а блузка расстегнута еще на одну пуговку, открывая начало темной дорожки к спелым, зрелым холмам. Я посмотрел на ее сиськи в тугой обертке светлой ткани и оценил, что в кабинете и правда жарко. Может, и мне раздеться?