Книга Моя простая курортная жизнь 4, страница 61 – Мэри Блум

— Ты сдурела? — шикнула на нее капитанша.

— Да что ты-то меня держишь? — прикрикнула та в ответ, пьяно пытаясь вырвать руку. — Тебе-то чего надо? Ты ей тоже по-хорошему должна въеб…

— Тихо-тихо, — я перехватил бунтарку с другой стороны.

— Да отвалите, не трогайте меня! — вскинулась она. — Кто-то же должен… Что никому не хочется вмазать ей⁈ Она же всем праздник испоган…

И, вырываясь, бешено двинула локтем назад. У меня аж звездочки завертелись перед глазами. Вокруг раздались громкие ахи и охи.

— Да бл*… — издала коронное оторва, попав-таки по лицу, только совсем не по тому, в которое изначально метила.

Боль резко запульсировала где-то в районе переносицы. Блин, и ведь опять по многострадальному носу, которому и так прилетело в ее же машине. Валентина, да что ж ты за катастрофа такая? Второй раз подряд — это ж надо так уметь. Ты что, пыталась доделать то, что не доделала твоя тачка? В смысле, добить меня? Да уж, в некоторых состояниях девушки бывают опаснее той техники, которой управляют.

Что-то теплое потекло по губам и подбородку. Ладонь, которую я поднес к лицу, мгновенно испачкалась краснотой.

— Я-я-я… — забормотала начавшая трезветь оторва.

— Да дура ты! — Инна схватила ее и, зарядив отрезвляющий подзатыльник, потащила прочь.

В огромном зале, казалось, повисла тишина — только музыка играла, и в висках шумела кровь. Узкая ладонь опустилась мне на плечо.

— Ты в порядке? — спросила Катерина.

Вот только не ты. Я сбросил ее руку. Не надо делать вид, что тебе не наплевать.

Куча глаз шокированно уставилась на меня. Мое имя в этой школе уже ассоциировалось со словами бурная личная жизнь, а я для этого даже толком ничего не сделал. Кровь немилосердно сочилась из носа, пачкая уже не только лицо, но и рубашку. Развернувшись, я направился к выходу, и толпившийся вокруг народ машинально расступился. Девчонки, которые весь вечер танцевали со мной, теперь как в ступоре стояли и смотрели мне вслед. Ну конечно, я же не их парень, чтобы сорваться за мной — я же просто парень, да еще и с разбитым лицом.

Кровь, к счастью, остановилась довольно быстро — еще по пути к ближайшей уборной. Несмотря на все попытки, нос Валентина мне так и не сломала — тем не менее фейс изрядно опух. Оценив повреждения в зеркале, я включил воду, промывая лицо, глядя, как красные струйки бегут по раковине, и чувствуя, что с меня хватило этого праздника. У меня даже девушки не было — моей девушки, — которая могла бы меня нормально утешить. Одни подруги, от выходок которых я, честно сказать, уже устал.

Пальцы нырнули в карман, ища бумажный платок, однако вместо него вытянули мятую записку.

«Факт 92: Я помню, какой ты бываешь, когда мы оказываемся наедине. Мне кажется, только в эти моменты мы настоящие»

Бесит.

Рука сжалась сама, а затем еще сильнее смятый комок полетел в урну.

Бесит.

Бесит!

Словами не описать, как же меня это бесит!..

Наверное, я все-таки завидовал. Даже не тому, что он знал про Катерину что-то такое, чего не знал я — знал ее как-то так, как не знал ее я. Сегодня Катерина была вообще ни при чем. Просто ему было, кому это сказать. А мне не было. И никто не мог сказать такого же мне…

— Ром, ты тут? — дверь осторожно приоткрылась.

И в мужской туалет аккуратно заглянула Дана.