Книга Моя простая курортная жизнь 4, страница 51 – Мэри Блум

Сочно чмокнув меня напоследок, Инна убежала за подругами, а я направился в класс. Стоило переступить порог, как со всех сторон раздалось:

— Рома!.. Рома, ты выздоровел!.. Рома, ты вышел!..

Народ радовался мне так, будто я вышел не после нескольких дней отсутствия, а из комы. Пацаны пожимали руки, девчонки стреляли глазками, кокетливо рассматривая мой пострадавший фейс. На удивление, все полученные травмы смотрелись неплохо, даже в какой-то мере брутально, словно добавляя мужественности, как боевые отметины. Со стороны я напоминал фэнтезийного героя, который вернулся из очередного победного квеста — и сразу окунулся в новый под названием «собери как можно больше валентинок».

Прямо во время второго урока, которым у нас был английский, дверь распахнулась, и в кабинет вошла — точнее, впорхнула — Марианка, помахивая изящными крылышками за спиной. Вместо школьной формы белоснежное платье, идеальные локоны по плечам, небесно-голубой взор, лучезарная улыбка — красотка сегодня вовсю косплеила ангела, что с ее внешностью не так уж и сложно. Только ногти остались дьявольски красными, видимо, чтобы никто не расслаблялся.

— Дары любви… Позволите? — проворковала она, покачивая пухлым розовым мешочком.

— Конечно, — без особого энтузиазма отозвалась Геля, не слишком довольная, что центр внимания переместился с проводящей урок учительницы на прилетевшее белокурое божество.

Наша крылатая Венера неспешно, явно смакуя отыгрываемую роль, погрузила руку в мешочек и вытащила первую валентинку.

— Для любимки… — с выражением прочитала она. — Так, и кто у нас любимка?..

Ну а дальше, пока раздавала открытки, Марианка устроила целый стендап, гуляя между рядами, покачивая крылышками, собирая взгляды — словом, вовсю празднуя, что хоть на день стала в этой школе королевой.

— А тут написано для симпатяги… Где у нас симпатяга?.. Ой, и правда симпатяга…

Саня, получивший бумажное сердечко, аж просиял, словно случилось чудо. Хотя я видел, как утром он подарил своей девушке конфеты и букет. Если подумать, курс обмена выходил не таким уж и чудесным.

Однако, сколько бы наш крылатый почтальон не летал между рядами, мне ни одной валентинки так и не прилетело. Странно, я рассчитывал на парочку.

— Кажется, в вашем классе все, — подытожила Марианка, потряхивая заметно похудевшим мешочком.

Как это все? Как минимум от Инны и Алены что-то же должно быть.

— А, нет, кое-кого забыла, — лукаво протянула эта замаскировавшаяся под ангела дьяволица. — Хотя как об этом можно забыть? — и, достав из мешка целую стопку перетянутых сердечек, помахала ими в воздухе. — Роман… Где тут Роман?

И где тут Роман? Опусти глазоньки — ты же около меня стоишь.

— А тебе оптом, — сообщила она и положила открытки мне на стол. — Держи, а то перечислять устану…

Следом вытащила из мешка большой ярко-красный леденец в форме сердца и пристроила сверху.

— И бонус.

— А бонус от кого? — уточнил я.

— От богини любви, — сказало это божество и, подмигнув мне, улетело из кабинета.

А вот весь класс замер как в ступоре, уставившись на лежащий сверху сладкий бонус. Ну да, богини любви обычно не снисходят до смертных, чтобы подарить им леденец. Ладно, потом попробую, каковы ее дары на вкус, пока же я подхватил доставленные мне валентинки, на которые сейчас офигевши смотрели все пацаны, явно видя, что моя стопка больше, чем у них — каждого из них, а то и всех вместе. В прошлом году такие паки получал только долбаный Мишель, а потом, словно всем на зависть, ходил со своей стопкой по школе и обмахивался ей, как веером. Не удивлюсь, если он даже внутрь не заглядывал, я же развернул каждую открытку, отметил всех, кто захотел меня поздравить.