Онлайн книга «Дом колдуна»
|
Множество ножек яростно метнулись к обидчице. Еще одна огромная вспышка — но разорванная напополам тварь, похоже, решила, что ей больше нечего терять, и, собрав остатки сил, как огромный таран сбила Дарью с места и впечатала в стену. Та больше не издала ни звука, а туша накинулась ее, намереваясь то ли разорвать, то ли придушить. В общем, рано я обрадовался. — Эй, ко мне! — я запустил в нее черный сгусток, такой сильный, на какой сейчас был еще способен. — Меня убивай! Я тут хозяин! Сколопендра резво отбросила добычу и кинулась ко мне. Как же хорошо, что у аномалий такие крохотные мозги и такая короткая память. Я вновь сцепился с ней, чувствуя, как бешено клокочет Темнота внутри этой дряни — как перетекает ко мне, словно выбивая воздух из легких каждой бешеной пульсацией, словно раздирая внутренности каждым нервным ударом, словно травя меня этой поганой черной дымкой. Весь вопрос лишь, кто сдастся первым. Тварь отчаянно цеплялась за жизнь, пытаясь повалить меня. Но у меня-то на кону было целых три жизни, я-то терял намного больше. С каждым мгновением ее сопротивление становилось все слабее, а дым вокруг моих рук — все бледнее, пока и вовсе не исчез. Биение прекратилось, и туша, став из черной пепельно-серой, больше не двигаясь, с грохотом завалилась на пол. А следом упал и я. Дикое клокотание в ушах тут же дополнилось топотом ножек. Харон в другой части гостиной, потеряв в бою вторую руку, потерпел поражение, и теперь все разорванные им тушки-барашки ринулись в разные стороны — пусть гораздо меньших размеров, чем та, что мертво лежала рядом, но их самих было в разы больше. Я попытался встать, однако меня словно тянуло все глубже в пол — настолько уже не было сил. Я вскинул руку, пытаясь отогнать мелкую тварь, ползущую к все еще не откликающемуся Глебу, но с пальцев сорвались лишь черные искры. — И это все, на что ты способен? — в памяти непрошено всплыл знакомый презрительный голос. Портрет над камином, казалось, все больше ухмылялся. Как же ты меня бесишь! Я с размаху ударил ладонью по холодному каменному полу, требуя хоть какой-то реакции. Мессир я, черт возьми, или нет! Тут каждый угол, каждая трещина, каждый сантиметр пространства принадлежит мне — так какого ж хрена все молчит? Тут все должно уже просто вопить! От сходной ярости! Проснись ты уже!.. Еще один яростный удар ладоней — и камень под ними будто дрогнул и завибрировал. Воздух тут же наполнился дребезжанием, которое становилось все громче. Кресла, диван, журнальный столик и вся остальная мебель стали подскакивать на месте и трястись, как при надвигающемся землетрясении. Дом, до этого не откликавшийся, пришел в резонанс с моей злостью. Я резко взмахнул руками, и из пола, как призраки из могил, вырвались длинные черные щупальца. Словно жгуты, обвили каждую из этих рваных тушек, перетянули по центру и начали неистово колотить об пол, поднимая дикий, просто сумасшедший грохот. А затем наступила полная тишина — ни одна из поганых ножек больше не двигалась. А затем в полной тишине раздались шаркающие шаги. Стуча тростью, в дом вошел еще один гость — такой же желанный, как и все предыдущие. — Что, еще живой? Мальчишка… — прошипел он сиплым старческим голосом. — Жалкий мальчишка! Что ты о себе возомнил? |