Книга Парень нарасхват, страница 43 – Мэри Блум

Не то, чтобы мне не хотелось — наоборот, после выпускного я часто об этом думал. Но получалось, что меня опять как-то вынуждали. Однако Ася продолжала крепко спать, словно захваченная в плен, и другого способа ее освободить у меня не было. Я быстро наклонился и осторожно коснулся губами ее губ, надеясь, что от прекрасного принца не требуется целовать с языком.

Всего миг — и она распахнула глаза. Я мгновенно отпрянул, увеличивая расстояние между нашими лицами. Сила поцелуя сработала слишком стремительно, и что-то подсказывало, что это тоже было небольшой местью от Би.

Глядя на меня, Ася удивленно заморгала ресницами.

— Ты что, меня только что поцеловал?

— Нет, — ответил я, немного жалея, что Би сломала тот нимб, с ним бы я сейчас смотрелся гораздо невиннее, — это тебе приснилось…

— Давай попробуй у меня, — я зачерпнул полную ложку белой сладкой массы. — Открой ротик, — и потянул ее вперед к пухлым красным губам. — Скажи «А-а-а-а»…

— Паш, ты опять! — Мила возмущенно сдвинула брови, не давая залезть ей в рот.

— Да это просто йогурт, — отозвался я, покачивая ложкой перед ее губами.

В университетском кафетерии, где мы сидели вдвоем, было шумно. Самые голодные торопливо перекусывали перед лекцией, самые ответственные, прихлебывая кофе, листали учебник, а остальные болтали с друзьями и время от времени с любопытством косились на нас. Со стороны это, наверно, смотрелось очень мило: парень и девушка заигрывают друг с другом, и он ее кормит — было бы еще милее, если бы она не упрямилась.

— Ну давай же, смелее… — ложка почти касалась ее губ, грозясь испачкать их белой массой, если она не проглотит добровольно. — А-а-а…

Губы Милы дрогнули, а потом стали медленно открываться.

— А-а-а… — без особого энтузиазма протянула она, поддерживая мою игру.

Я тут же засунул в нее ложку с йогуртом. Она сомкнула губы, пытаясь поскорее проглотить, мне же, наоборот, хотелось побыть у нее во рту подольше — так что ложка оставалась неподвижной, и Миле пришлось ее посасывать, чтобы побыстрее справиться. Компания проходящих мимо девушек захихикала, а сидящие неподалеку Саша и Ася, дружные как никогда, словно объединившиеся перед лицом общего врага, буквально прожигали нас недовольными взглядами.

Наконец Мила все проглотила.

— Видишь, — сказал я, возвращая ложку в стаканчик с йогуртом, — брать в ротик не так и страшно…

— Паш, да сколько можно? — немного обиженно протянула она, прекрасно поняв намек.

И правда, сколько можно? Вот уже неделю с момента нашего знакомства я пытался развести ее на минет. Поначалу задача казалась очень легкой: было в Миле то, чего не было ни в одной из моих девчонок, то, что я еще только пытался распробовать, но терпкий вкус чего мне уже нравился — ее покорность. Это заводило: скажешь разденься — она разденется, лечь — ляжет, раздвинуть ноги — раздвинет. Временами даже слов было не надо: достаточно просто положить ее или поставить в ту позу, в которой ее хотелось, и взять — она тоже не возражала. Наоборот, чем больше решали за нее, тем больше ей нравилось. Все было просто, пока мы не дошли до минета.

По ощущениям, я уже мог взять Милу куда угодно, в любое место на мой выбор, но вот ее рот почему-то до сих пор оставался неприкосновенным. Она наотрез отказывалась, заявив, что не делает минеты — и эта ее настойчивость, в контрасте с послушанием в других вещах, раздражала и заводила одновременно. В итоге я усердно искал способы ее переубедить. Ложка с йогуртом была еще одним из самых невинных — в более интимной обстановке я заменял ее членом, но сколько бы я не тыкался в ее губки, рот Мила не открывала вообще.