Книга Секса будет много. Тома 1 и 2, страница 27 – Мэри Блум

Закрыв дверь, я мгновенно встретился взглядом с Би — вернее, она наколола меня на свой взгляд, как коллекционер своих бабочек на булавку.

— Да ты просто чемпион! — заявила она. — У тебя есть девчонка, которую ты можешь трахнуть прямо сейчас, а ты ее не трахаешь!

Медальон наконец начал медленно остывать, давая мне свободно выдохнуть.

— Ты же говорила, — проворчал я, — что он не действует на девственниц!

— Он греет, когда у девушки возникают мысли о сексе с тобой. И да, на девственниц он не действует. А значит, такие мысли у твоей подружки детства возникли и без медальона. Радуйся, — с ухмылкой добавила Би, — это как бесплатный чизбургер, который ты выиграл, купив бигмак!

Сравнение мне очень не понравилась.

— Ася не для этого.

— А для чего? — демоница с неодобрением качнула головой. — Девочкам нравятся мальчики, мальчикам нравятся девочки, они встречаются и трахаются — это естественно! С тобой-то какая проблема? Казанова, между прочим, когда видел возможность, сразу брал ее. И Асю твою он бы тоже взял. Так что заканчивай с этим!..

Хотел бы я знать, как отправить ее обратно в ад. Хотя бы до конца сегодняшнего вечера.

— Хотя с подругами детства всегда все сложно, — вдруг заметила Би. — Ладно, расскажу тебе одну историю, — она вновь вальяжно вытянулась на моей кровати, — может чего и поймешь. Девой Рассвета меня называют не просто так. Я, если хочешь знать, изменила историю человечества. Подарила вам Возрождение!

Вздохнув, я сел обратно за стол. Похоже, мне попалась демоница с манией величия.

— Пятьсот лет назад я лично знала людей, о которых ты читал только в книжках: Джотто, Микеланджело, да Винчи — да с кем я только ни была знакома!..

Я уставился на экран ноутбука, пытаясь хоть ненадолго сосредоточиться на реферате.

— … Я распивала вино с Боккаччо, когда кругом бушевала чума и он писал «Декамерон», вдохновляла Боттичелли на «Рождение Венеры», — ее голос шел фоном, словно у меня в комнате вещал канал «Культура». — А чуть раньше был у меня очень замороченный знакомый. Ты мне его немного напоминаешь… Данте Алигьери. Может, знаешь такого?

Тот самый Данте? Да ну…

— Ни о чем не говорит, — сказал я.

— Вот поэтому ваша эпоха и движется к закату, — заметила она. — К твоему сведению, именно с него началось Возрождение. И он был первым моим знакомым в прошлом тысячелетии, который…

Канал «Культура» продолжался, посвящая меня в тонкости адской версии Ренессанса.

— А в двух словах можно? — не выдержал я.

— В двух словах, — с досадой передразнила Би, — у вас с ним одинаковая проблема: он был таким же инцелом, как ты! Только ему я это прощала, потому что он был гением. А ты должен трахаться!..

От того, как часто и смачно она говорила, что я должен трахаться, у меня уже сворачивались уши.

— А еще у него тоже была подружка детства, его ненаглядная Беатриче. Вернее, это он считал ее подружкой, она его даже не знала. Это не тянуло даже на френдзону! И вместо того чтобы ее добиваться, что-то делать или хотя бы познакомиться, молодой Данте просто строчил стишки и посвящал ей. Даже когда я решила его вознаградить и пришла к нему в ее образе, он отказался. Потому что даже представить не мог, как можно засунуть в свою Беатриче! Поэтому в его Беатриче совал кто-то другой. Вот такая вот история, — не сводя с меня глаз, закончила Би. — Надеюсь, с тобой таких проблем не будет.