Книга Два босса для матери-одиночки, страница 10 – Tommy Glub

Да, с ней всё ни по чём. Всё будет хорошо.

Затем входят три мужчины. Не то, чтобы я сразу восхитилась и начала течь в трусики, как, например, незамужняя директрисса отдела кадров, но невольно под себя отмечаю — они все трое хороши собой даже если смотреть со спины. Черные костюмы, уверенная и одновременно грациозная походка, словно у крадущихся хищников. Один из них садится напротив тех самых блондинок, поправив волосы и положив папку на стол. А оба других просто становятся напротив.

Если бы я стояла, упала бы.

Несмотря на десятилетнюю разницу, несмотря на то, что всё то в Греции было мимолётно и одноразово — я их обоих узнаю. Срабатывает триггер, я узнаю рыжие волосы у одного, и смуглую кожу у второго. Я замечаю некоторые возрастные изменения у обоих — появились морщинки у глаз и взгляд стал сам по себе твёрже и увереннее.

Итак.

Кто Дима, а кто Матвей?

Про себя усмехаюсь. Ожидаемо, что те имена были не настоящими. Я знаю, что, возможно, так было даже правильно — мы ничего не знали друг о друге. И потому легче было отпустить, вспоминать всё это как приятный и полный бесконечного удовольствия, сон. Но всё равно...

Что мне делать сейчас? Бояться, что всё раскроется? Бояться, что они узнают о сыне? О... Да, чёрт.

Нет. Я сильная. И если мне судьба даёт такой пинок, я должна с достоинством его принять, а не скатиться вниз и упасть, разбив коленки. Нет. Я не упала, когда забеременела от левых мужиков, когда вся семья возненавидела меня и когда не стало моего мужа.

И теперь не стану.

— Дорогие мои, — говорит Владимир Павлович, перебивая мысли. Новые боссы уверенно осматривают зал, но ни один пока не останавливается на мне. Оба заняты разглядыванием других директоров. — Как вы и знаете, я продал своё детище. Давно собирался и вот, наконец, решил, — так и хочется выкрикнуть: «какого чёрта ты выбрал именно их? Не мог выбрать кого-то получше и с кем я не кувыркалась в Греции?». — Прошу представить ваших новых начальников: Валесов Дмитрий Давидович и Аркадьев Матвей Михайлович, — улыбнулся бывший шеф. — Теперь они в равной доле руководят моей компанией и я буду рад, если данные перемены пойдут всем нам на пользу.

— Да, спасибо, Владимир Павлович, — вежливо улыбнулся Матвей, рыжый мужчина, которому рыжий цвет волос до сих пор невероятно идёт. Он настолько гармонично смотрится, что я залипаю даже не на его модельной стрижке, а на аккуратной и приятной щетине. Она тоже идеально выстрежена и ухожена. У него по прежнему спортивное, мощное тело, сейчас оно обтянуто дорогущими стильными чёрными вещами. Он даже снимает пиджак, словно чувствуя мои разглядывания. Я же вспоминаю его и без рубашки, и всё, можно тушить внутри меня пожар. Только ночью именно он в моём сне мне шептал то, как сильно сходит с ума и что готов вообще не выпускать меня из своих больших рук. А они у него и впрямь мощные — с бицепсами, широкими ладонями и с... Обручальном кольцом на пальце.

Оно так блестит на солнечном свете, что я невольно затаила дыхание, а только через секунд десять выдохнула. Сглотнула ком в горле.

Не удивительно. Они явно богатые и очевидно, что красивые мужчины...

— Спасибо за представление, — хриплым голосом отвечает Дима, брюнет. Ему чёрный цвет идёт ещё больше и стоит так, что я не вижу на его пальцах ничего. Он такой же красивый и уверенный в себе, что и раньше, а кожа может всего на тон светлее чем та, что я помню. Меня больше интересует его голос. Он немного другой. Словно тише и более хриплее, но я могу и ошибаться — столько лет прошло. Он улыбается, но глаза остаются тёмными, холодными и не выказывающие никаких эмоций. Словно огромная и тёмная глыба льда. Айсберг. Но не менее широкоплеч и высок. Видимо они с другом не пропускают тренировок.