Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 17 – Виктория Рогозина

— Со смертью, ладно… могла неудачно пошутить, имя на слуху, метафоры, народные байки. Но жнецы? Это уже не уровень обычной смертной.

Сухов оторвался от кружки. Лицо стало серьёзным, будто кто-то выключил в нём весь юмор.

— Жнецы — информация из закрытых регистров. Такую даже не каждый полукровка знает. И уж точно не уличная байкерша.

— Значит, — лениво протянула Марго, поправляя перчатку, — где-то случилась утечка. Бывает.

Она говорила так спокойно, будто речь шла не о нарушении протоколов вселенского масштаба, а о том, что кто-то оставил открытым холодильник.

Матвей с Суховым переглянулись. Один короткий взгляд — и всё ясно: не было утечки. Ни один протокол не сработал, ни одна система не дала сбой.

А если Варвара знает о жнецах — значит, она вовсе не простая смертная.

И это меняло всё.

— Дерьмо… — прошипел Могилов, вставая. Его движения ещё были неуверенными, но ярость — как топливо.

Он выдохнул, как перед заплывом:

— Сегодня же проверю все базы. Подключу программистов, пусть прочешут архивы, реестры, даже старые бумажные каталоги. Найдите всё, что можно на неё нарыть.

— Добро, — кивнул Сухов и щёлкнул пальцами, вызывая интерфейс.

Матвей снова помассировал переносицу. Гудение в голове не утихало, будто мысли били в черепную коробку изнутри. Наконец, не выдержав, он поднял голос:

— Что? Работы нет? — бросил он, глядя на Марго и Галину. — Или вы решили покрасоваться перед коллегами?

Девушки синхронно подались назад, как кошки перед прыжком, и в следующее мгновение их силуэты растаяли в густых клубах чёрного дыма, оставив после себя лишь лёгкий запах грозы и магии.

Матвей остался в тишине. Скоро всё выяснится. И если Варвара не простая смертная — значит, у него есть все основания забрать её душу любым способом.

* * *

Управление распределения душ буквально гудело — не от голосов, нет, тут редко кто повышал тон. Но воздух был насыщен тревогой и напряжением, словно каждая тень на стене знала больше, чем жнецы. Свет в коридорах тускло мерцал, колыхаясь от перебоев магии — такие случались, когда система сбивалась с ритма. А сегодня она явно сбилась.

Матвей Могилов сидел за рабочим терминалом уже третий час, не шевелясь, будто врос в кресло. Экран заливал лицо бледным, мертвенным светом, а на лице Могилова медленно крепло раздражение. Перед ним снова и снова всплывало одно и то же досье:

Шкалина Варвара Моревна. Дата рождения, фото — огненно-рыжие волосы, дерзкий прищур, бледная кожа, будто нарочно созданная для света свечей. И — ни одного нормального объяснения.

— Танцы… отличница… институт… программист, — бормотал Могилов себе под нос, водя пальцем по экрану, словно хотел соскрести лишнее и добраться до сути.

И вот снова имя: Карамазов Андрей.

Он щёлкнул по нему, и справка развернулась.

— О, чёрт… Бармен не врал. Ему действительно отрезали руки. — Он откинулся на спинку кресла, потирая лицо. — Кто вообще в этой жизни заслуживает, чтобы в отместку отрезали руки?

На миг задумался, прикусил губу.

— Может, кроме меня, конечно…

Он сделал глоток кофе — жидкость оказалась холодной и горькой. Чашка была пуста. Он раздражённо фыркнул, бросив взгляд на логотип клуба:

«МотоКотики».

— Ну просто великолепно, — выдохнул он. — Варвара Моревна из «МотоКотиков». Вот теперь всё встало на свои места. Адская бездна, храни меня.