Книга Жнец и ведьма. Том 1, страница 12 – Виктория Рогозина

Матвей взмахнул рукой, очертив в воздухе символ, что оставил краткий след искрящейся пыли. Пространство отозвалось почти мгновенно — дрогнуло, вывернулось, и через долю секунды он уже стоял в полумраке клуба, где воздух был густым от пота, алкоголя и электричества дешёвого света. Вибрации низких басов пробирали до костей, на сцене вновь гремел какой-то подзаборный металл, но Матвей почти не слышал — его внимание было сосредоточено.

Он не удивился, увидев Варвару сразу, будто кто-то специально держал на ней прожектор судьбы. Она сидела за столиком в дальнем углу, окружённая группой неформалов — с пирсингом, татуировками, раскрашенными волосами и дешёвыми кожаными куртками. Варвара смеялась — так искренне, так звонко, как смеются только те, кто чувствует себя в безопасности. В этот момент её рука легла на плечо соседа, и они обнялись, что-то говоря на ухо, снова рассыпаясь в весёлом хохоте.

Этот смех…

Матвея почему-то передёрнуло. Он не мог объяснить, почему он его бесил. Может, потому что в нём не было ни капли страха. Ни следа последствий. Он был настоящим — и он был не для него.

Могилов сделал шаг вперёд, оставаясь невидимым — тонким сдвигом реальности он отодвинул своё присутствие на глубинный слой, недоступный человеческому взгляду. Теперь он стоял прямо за Варварой. Протянул руку, медленно, будто к огню, и… освободил инкубское притяжение. Тёплая, обволакивающая волна страсти и вожделения вырвалась наружу, рассеиваясь по помещению. Могилов смотрел внимательно — он знал, как это работает. Даже у самых закомплексованных девушек дыхание сбивалось, кожа покрывалась мурашками, зрачки расширялись. Это была магия крови — первобытная, древняя.

Но Варвара…

Ничего.

Её смех не изменился. Поза — та же. Ни дрожи в пальцах, ни напряжённой линии губ. Ни одного признака, что она вообще почувствовала эффект. Рядом сидящий парень смущённо поёрзал, бросая украдкой взгляды на соседку, чья грудь вдруг начала тяжело подниматься. Ещё одна девушка прикусила губу, глядя на одного из друзей.

Варвара была неподвластна. Матвей чуть отпрянул. Такое могло быть только в двух случаях. Первый — физиология: аноргазмия, фригидность, травма. Второй — блокировка. Ментальная, глубокая, вызванная сильнейшей обидой или пережитым насилием. Он знал, как выглядит человек, у которого в душе запрет, закрыт весь доступ к чувственному.

Он склонил голову набок, вглядываясь. Нет… Рядом с ним она ведь отреагировала. Была реакция. Лёгкая, но настоящая. Он это чувствовал. Но тогда… выходит, она отреагировала не на его способности? Его губы скривились. Так кто он для неё — угроза? Зацепка к старому страху? Или что-то иное? Он остался стоять за её спиной, медленно убирая энергию обратно внутрь. Невидимый. Затаённый. Слушая. Ищущий слабость.

— … и она реально врезалась в бордюр, — рассказывала девушка слева от Варвары, смеясь. — А потом, не поверишь, вышла с этим шлемом, как королева, и говорит: «Ну и кто тут учил меня парковаться?»

Варвара хохотнула, подливая себе кока-колу из бутылки.

— Я просто устала быть милой! — громко произнесла она. — Хватит! Мужики думают, если ты на каблуках — значит, можно за жопу хватать. А если на байке — что ты им должна. Неа. Я никому ничего не должна. Ни им, ни прошлому.