Книга Подарок для шейха. Жестокая сказка, страница 24 – Анастасия Сова

И сложнее всего осознавать сейчас, что тело наливается вовсе не страхом, а непривычным, немного болезненным предвкушением. Словно впереди меня ждет что-то особенное. Взрыв, сметающий все на своем пути.

— Не борись с собой, дикая, — Амир склоняется ко мне, и его губы так близко, что, кажется, я могу почувствовать их. — Посмотри, как твое тело отвечает. Признайся себе. Твое нутро горит, желая, чтобы я поскорее оказался там.

Его рука скользит на мое бедро, нагло забирается под краешек рубашки. А я позволяю…

У меня нет желания сопротивляться, словно кто-то перечеркнул переключатель с моей голове.

Пальцы Амина впиваются в мою кожу, и низ живота тут же сжимается болезненным спазмом, полным порочного ожидания.

Я хочу оттолкнуть шейха, упереться в его плечи, но вместо этого почему-то сдавливаю их, словно хочу притянуть этого мужчину ближе. Точно кто-то другой, совершенно посторонний и порочный, управляет сейчас моим сознанием.

И где та девушка, что перед сном обещала сопротивляться до победного? До последнего вздоха?

— Я тебя ненавижу, — заверяю шейха, за сама запрокидываю голову, когда его губы находят самую чувствительную точку у меня на шее.

— Мне плевать… — тоже заверяет меня Амин, и проводит по тому самому месту кончиком языка.

Я не могу проконтролировать то, что чувствую, потому сдавленно стону.

— Твое тело уже предало тебя, смирись. Прими это и доставь мне удовольствие. Твое тело создано для этого — служить мне.

Хочу ответить, что не прислуга и вообще этот мужчина всегда может воспользоваться услугами своего многочисленного гарема, но вот он уже проводит пальцами по самому краю трусиков и накрывает своей широкой ладонью мой лобок.

Через ткань чувствую какая горячая у него рука. Она словно выжигает на мне пылающие отметины.

Все мое естество отчаянно кричит, чтобы мы прекратили это, остановили, пока не стало мучительно поздно, но в то же время, нутро бешено пульсирует ожидая следующего прикосновения.

— Пожалуйста, Амин, сделай это… — молю я, но голос совсем не узнаю.

Он не мой, я это точно знаю. Не мой, и слышу я его со стороны. Словно кто-то другой молит за меня.

Тут же, следом, хочу закричать, что не хочу этого, но голоса больше нет совсем. Раскрываю рот, из которого не выходит даже жалкого сиплого звука.

— Ты уже моя, Аня. Ты принадлежишь мне, — отзывается шейх. — А я делаю со своими вещами то, что хочу.

Я понимаю, что побеждена.

Еще несколько мгновений, и Амин заберет меня себе окончательно. Вторгнется туда, где еще не было ни одного мужчины.

Но вдруг его свободная рука резко рвется вверх.

Ладонь, которая теперь почему-то кажется слишком маленькой и нежной, прижимается к моему рту и носу, не позволяя вдохнуть.

— Даже твое дыхание принадлежит мне, Аня.

В мгновение меня накрывает паникой. Мне совсем нечем дышать. Он убьет меня!

Глаза Амина стали совсем черными, и теперь с непривычной ненавистью и даже яростью смотрят на меня.

И пока я пытаюсь отбиться, опасаясь за свою жизнь, в сознание вдруг врывается реальность.

Амина рядом нет, а утро уже близится к рассвету.

Вот только давящее ощущение, не дающее дышать, никуда не девается.

Более того, теперь я понимаю, чью именно руку чувствую. Кто собирается лишить меня жизни.

И это не Амин.