Книга Цвет греха: Алый, страница 58 – Александра Салиева

Причинить боль.

Мне ли одной… тоже спорно.

— Уверена, – отзываюсь, пусть и запоздало, призывая жалкие остатки собственной невозмутимости.

Моё согласие – оно же отрицание, как сигнал к последующим действиям. Мужские пальцы на моём горле сжимаются отчётливее. Расстояние между нами становится меньше. Кай сокращает его, позволяя появиться алым каплям на белой рубашке.

Я вздрагиваю. Он опять ухмыляется.

— Позову, как закончу, – чеканит по слогам.

Не мне предназначается. И я совсем не уверена, насколько хорошо усваивает посыл адресат послания. Не вижу женщину. Да и довольно быстро вообще забываю о её существовании. Смотрю в тёмные порочные глаза. Кай тоже взор не отводит. Ему определённо доставляет какое-то особо извращённое удовольствие каждая моя реакция. Ловит, жадно впитывает, шумно и тяжело дыша, вовсе не думает прекращать намечающееся безумие.

— Советую расслабиться, если не хочешь, чтобы было по-настоящему больно, – произносит, глубоко вдыхая воздух у моего виска.

Я лишь моргнуть успеваю, как скальпель отобран и выброшен в сторону. Туда же летит безжалостно сорванное полотенце, оставившее меня обнажённой в считанные мгновения.

И мне бы вспомнить о том, что силы совсем не равны, любая моя предпринятая попытка сопротивления окажется бессмысленной, он лишь порадуется очередному выигранному раунду, а также последующему за этим унижению, но…

— Да пошёл ты! – срывается с моих уст опрометчивое и нервное, одновременно с ударом в мужскую грудь.

Всё равно, что колотить бетонную стену.

Тупо.

Бессмысленно.

Бесполезно.

Тёмный взор загорается предвкушением. Настолько явным – аж до тошноты, ядовитой патокой застрявшей в моём горле. Едва сдерживаю этот инстинктивный позыв. Но не другой. Всего секунда, а среди стен пентхауса разносится хлёсткий звук пощёчины. Жаль, на самом деле лишь в моей голове. Стоит замахнуться наяву, Кай ловит ладонь в считанных дюймах от своего лица. Моё запястье простреливает болезненной пульсацией. Хотя я и тогда не сдаюсь. Наоборот. Вспыхнувшая в разуме злость слишком велика, чтобы думать о последствиях. Ещё один мой замах – другой ладонью, и она тоже в плену чужой хватки. Удар с ноги мужчина блокирует с той же безоговорочной успешностью и моим тотальным разочарованием.

— Пошёл ты! – выплёвываю в повторе, не оставляя попыток хоть каким-нибудь образом его задеть, извиваюсь и дёргаюсь, не желая сдаваться. – Слышишь?! Катись ко всем чертям! Не трогай меня! Не смей, слышишь?! Пошёл ты!!!

Если бы в этот миг вокруг нас разверзся ад, то, вероятно, мне повезло бы чуточку больше, и все мои душевные пожелания исполнились. Но нет. Настолько легко не будет. Он не оставляет ни шанса. Скручивает, стаскивает с дивана, приподнимает, тащит прочь из гостиной. Добравшись до спальни, сперва заглядывает в гардеробную, умудряется прихватить с собой несколько галстуков, затем скидывает меня на кровать. И тогда опомниться тоже не позволяет. Пролетают считанные мгновения, а мои руки стянуты прочными узлами, вздёрнуты вверх и привязаны к изголовью.

— Катись ты ко всем чертям! – сопровождают мои вопли эту разворачивающуюся вакханалию.

Кай в очередной раз злорадно ухмыляется и затягивает узлы крепче – не только на моих запястьях, мне удаётся всего лишь пару раз задеть по нему правым коленом, прежде чем мои ноги выпрямлены и разведены в стороны, после чего также привязаны к кровати.