Книга Цвет греха. Белый, страница 97 – Александра Салиева

— Эй, подождите! — выкрикиваю.

По всей видимости в никуда, тут ведь не рабы гребут вручную на галере, чтоб по моей команде прекратить. Яхта плывёт дальше, набирая ход.

В общем…

— Млять! — чуть ли не вою в досаде.

Вокруг шумно и так много голосов, что меня реально едва ли кто-нибудь слышит. Чья-то отпущенная шутка заставляет собравшихся громко смеяться, этот хохот перекрывает мой голос. Включается ритмичная музыка, народ полон решимости веселиться, им нет никакого дела до всей величины переполняющего меня отчаяния. Никто не поможет. Но и это не самое худшее.

— О-оо… — доносится за моей спиной слишком знакомыми интонациями. — Вот уж не думал, что ты всё-таки примешь моё приглашение.

Вынужденно оборачиваюсь.

— Данте, — здороваюсь, взглянув на него в упор.

Аллегретти стоит очень близко. У него несколько швов на лбу, прикрытых тонкими полосками пластыря, здоровенный фингал под глазом, который довольно паршиво прикрывают солнечные очки, нацепленные на нос не по времени темнеющих суток, и в целом он выглядит так, словно недавно его побил не кто-либо в одиночку, а сразу вся собравшаяся здесь толпа. Брюнет не один. С ним Элоиса. Блондинка виснет на нём, взяв под руку, положив голову ему на плечо, и внимательно разглядывает меня, а у меня как раз подарок торчит из раскрытой сумочки, перекинутой через плечо. Та, что притащила меня сюда, тут же оказывается тоже рядом с нами. И тоже виснет в обнимочку, только уже исключительно на мне.

— Она и не принимала вообще-то, это я сюда её притащила, — облегчает хотя бы частично мою участь младшая Янг. — С чего бы жене моего брата принимать приглашение от такого мудака, как ты? К тому же, мы не к тебе пришли, а к Элоисе, — фыркает надменно.

Так и не отлипает от меня полностью, пока тянется к девушке и демонстративно чмокает её в щёку в виде душевного приветствия. Оба наших подарка тоже вручает ей сама вместе со словесными поздравлениями.

— Вот ты и стала ещё на год старее, малышка, — своеобразно заканчивает свою речь.

Но именинница не в обиде. Задорно смеётся и отмахивается от неё свободной рукой.

— Ты должно быть Нина, да? — интересуется у меня.

Обмануться её доброжелательностью было бы возможно, если б она перестала слишком внимательно разглядывать меня, будто в оценке. И именно так девушки смотрят на ту, кого считают угрозой. Или же соперницей.

— Верно, — подтверждаю.

Чувствую себя совершенно неуместно и глупо. Проклинаю сперва Анну на тысячу раз, затем и себя.

Вот что меня дёрнуло повестись на её уговоры⁈

Сама виновата. Лежала бы сейчас в горячей ванне, полной пышной пены, а не застревала бы здесь.

А потому…

— Мне нужно позвонить Айзеку, — нахожусь с первым подвернувшимся на язык предлогом, чтобы взять передышку и прийти в себя.

В их разрешении или одобрении я не нуждаюсь, просто ухожу в ту часть палубы, где относительно немноголюдно, пока у меня ещё хоть немного, но ловит сеть. А абонент оказывается недоступен. И это почему-то оказывается ещё более обидным, чем факт собственной неосмотрительности. Как и то, что моё последнее сообщение Айзек не прочитал, соответственно, не ответил.

— Что такое — не везёт… — вздыхаю уныло.

Разворачиваюсь спиной к морю. Заново осматриваю то, где предстоит пребывать ближайшие часы. Тут собираются и впрямь сплошь богатые «мальчики» высочайшего уровня плюс приклеенные к ним «девочки» из не менее богатых семейств. Это чувствуется в их манере общения, жестам и шмоткам. Для таких, как они, бутылка минимум за десять тысяч — всего лишь хороший тон.