Книга Охота на жену, страница 54 – Юлия Гетта

Рома поворачивает голову и бросает на меня ещё один сочувственный взгляд.

— У вас была какая-то история в прошлом, да?

— Была, — угрюмо киваю я.

— Может, я сумею чем-то помочь?

— Скажи, как сделать так, чтобы больше никогда в жизни его не видеть… — безжизненным голосом произношу я.

Рома озадаченно чешет голову, другой рукой крепко сжимая руль.

— Ну, если он захочет тебя увидеть, ты ничего не сделаешь.

— Черт, — со стоном выдыхаю я.

Откидываясь на спинку сиденья и прикрывая глаза в бессилии.

— Ну ладно тебе, не переживай так сильно, Насть. Я уверен, всё ещё наладится.

— Спасибо, Рома. Только я не Настя, а Таня.

— Блин, — досадливо морщится он, — прости. Таня, конечно. Просто ты так на жену Карима похожа, на Настю, вот у меня и вылетает на автомате.

— На жену Саши Каримова? — отстранённо уточняю я.

— Да, а ты что, его знаешь?

— Знаю. Хороший мальчик.

— Хороший мальчик? — Рома давится смешком. — Если Карим — хороший мальчик, то Сыч тогда вообще ангел.

— Ну да, — с мрачной усмешкой отзываюсь я, снова отворачиваясь к окну. — Ангел…

Рома привозит меня в мой посёлок прямо к дому. Помогает выбраться из машины, провожает до самой двери. Нахожу запасной ключ, спрятанный между двумя кирпичами у порога.

Хорошо, что на улице сегодня необычно темно, и никто из соседей не сможет разглядеть в окно, как местная учительница в развратном платье возвращается домой за полночь…

— Не переживай, всё ещё наладится, — подбадривает Рома, прежде чем попрощаться.

— Это вряд ли, — с тоской отвечаю я. — Но всё равно спасибо.

— Сыч, он своеобразный, конечно. Но у него есть свои достоинства.

— Интересно, какие?

— Ну… За своих людей он кому угодно пасть порвёт, — подумав немного, выдаёт Рома.

— Да, это неоспоримое достоинство… — холодно произношу я, проворачивая ключ в дверном замке.

Уж лучше бы у Сычева вообще не было никаких достоинств. Потому что я точно не вхожу в число его «своих». И никогда не войду.

Обидно, ведь семь лет назад я была уверена в том, что очень дорога Сергею. Но двести тысяч рублей для него оказались дороже… И Сычев даже неловкости по этому поводу не испытывает. Будто я не человек, и мои чувства для него — пустое место. А за своих он пасть порвёт…

Уж лучше бы ты, Рома, молчал.

— Спокойной ночи. Спасибо, что подвёз, — оборачиваюсь я к нему, прежде чем войти в дом. — И за кофе. И за воду.

— Не за что, Таня, — задумчиво глядя на меня, отвечает Роман.

Хороший парень. Как только его угораздило связаться с Сычевым?

Захожу домой и, не включая свет, приваливаюсь спиной к стене у закрытой двери.

Слёзы снова подступают, горло сковывает болезненным спазмом, грудь нещадно давит тяжестью.

Слышу, как отъезжает Ромина машина на улице, и принимаюсь прямо у порога остервенело раздеваться. Стягиваю через голову платье, поочередно дёргаю ногами, чтобы избавиться от ненавистных каблуков, вынимаю серьги из ушей, кое-как разобравшись с застежкой, срываю с шеи колье.

Сгребаю всё это в кучу и заталкиваю в мусорное ведро. А потом падаю на колени рядом, обнимаю себя руками и снова, как дура, горько реву.

— Ты можешь мне объяснить, как эта баба вообще попала на территорию моего ресторана? — пытаю я начальника охраны, выясняя, как можно было допустить такой косяк, но всё безрезультатно.