Книга Охота на жену, страница 116 – Юлия Гетта

— Серёжа, мне очень жарко! Помоги, пожалуйста, — умоляю я, — давай скорее уйдём отсюда!

— Поздно, — тихо отвечает он. Но я всё равно слышу. — Везде огонь. Выбраться невозможно.

Я машинально оглядываюсь. И быстро понимаю, что Серёжа прав. Из этого ада нет выхода. Нам не спастись.

Меня охватывает таким нечеловеческим ужасом, что даже когда я оказалась в лапах бандитов — и наполовину не испытывала ничего подобного.

Не хочу, не хочу так умирать!

— Прости… — обнимает меня Серёжа. Прижимает мою голову к своей груди, баюкает. — Прости меня за всё… Я найду тебя в следующей жизни. Клянусь. И я больше не буду таким идиотом.

— Нет, нет, — со всхлипом протестую я, упираясь в его грудь ладонями. Но он продолжает, как ни в чём не бывало, не обращая на это никакого внимания.

— Я буду любить тебя. Буду работать на заводе, никакого больше криминала, обещаю. У нас всё будет хорошо. Родим кучу маленьких детишек… У нас всё будет замечательно. Я клянусь тебе, моя Мышка.

— Нет, я не хочу умирать! Я не успела ещё в этой жизни пожить как следует! Я ведь только что нашла тебя!

Серёжа всё сильнее укутывает меня в свои объятия. Будто хочет укрыть собой от огня. Но меня это совсем не устраивает! Я уверена, что ещё можно как-то спастись!

Лихорадочно отталкиваю от себя руки любимого, собираясь хоть за шиворот вытаскивать его отсюда, если потребуется. Ощущаю в себе непонятно откуда взявшийся прилив сил.

И тут вдруг меня осеняет: я же видела люк на полу, когда лежала под ногами у того бандита! Ещё боялась, что нас убьют и туда скинут!

— Погреб! — громко выпаливаю я. — Тут есть погреб!

— Где? — подскакивает на колени Сергей.

— Где-то здесь… Я видела люк на полу… В доме, где я живу, точно такой же!

Мы оба начинаем шарить руками по полу и вскоре находим практически вросшую в старую доску металлическую ручку люка.

Ломая ногти и раздирая пальцы до крови, пытаемся открыть его. И каким-то чудом нам это удаётся. В полу появляется чёрная дыра, из которой тянет спасительной прохладой.

В мгновение ока мы оба проваливаемся туда. Приземляемся жёстко, но я не чувствую боли. Наверное, лестница от времени сгнила, а может, её там и вовсе не было. Но главное, что огню теперь до нас не добраться. Мы в огромном земляном мешке под домом.

Погреб оказался действительно большим и глубоким, намного больше, чем в моём доме. На миг во мне даже вспыхнула надежда — вдруг есть другой выход наружу, прямо на улицу? Но нет, так сильно нам не повезло, к сожалению.

Лишь одни дощатые полки на стенах, сплошь затянутые паутиной.

Мы с Серёжей забиваемся в самый дальний безопасный угол. Красно-жёлтое зарево освещает внутреннее пространство погреба сквозь отверстие в полу, через которое мы сюда попали. Оно так и осталось открытым. И я вдруг с ужасом понимаю, что мы спаслись от одной страшной участи, но обрекли себя на другую… Похоже, мы умрём от голода и жажды. Ведь нам из этой ямы ни за что не выбраться, даже когда пожар потухнет. Слишком высоко. А лестницы нет…

Я сижу в Серёжиных объятиях, опираясь спиной на его грудь. Под нами — деревянные доски, которые Сергей сорвал со стен погреба, чтобы сделать своеобразный настил. Потому что земляной пол был слишком сырой. Так что теперь нам почти уютно.

В отверстии люка на потолке полыхает огонь, словно в печке или большом камине. Сейчас он греет нас. Но спустя время потухнет. И станет холодно и темно.