Книга У брата бывшего. В постели. Навсегда, страница 96 – Ираида Серова

Спустя вечность они выбрались на пирс. Ваня, весь в копоти и крови, осторожно передал Соне спящего ребенка. Его руки дрожали — впервые в жизни.

— Он жив, Соня... он жив, — выдохнул он, и в его глазах блеснули слезы.

Но их радость была недолгой. Из тени за их спинами, со стороны темного моря, раздался звук аплодисментов. Медленные, тяжелые хлопки заставили Ваню мгновенно напрячься и задвинуть Соню с ребенком за свою спину.

Из густого тумана вышел человек. На нем был длинный кожаный плащ, а лицо скрывала серебряная маска, изображающая плачущего демона.

— Поразительная самоотверженность, — голос незнакомца был до ужаса похож на голос Вани, но в нем звучала ледяная, аристократическая надменность. — Ты всегда был слишком эмоциональным, мой дорогой брат.

Человек медленно снял маску. Соня вскрикнула, едва не выронив ребенка.

Перед ними стоял человек с лицом Вани. Те же черты, те же глаза... но под его левым глазом тянулся глубокий, старый шрам в виде креста.

— Александр? — голос Вани сорвался на хрип. — Ты... ты же погиб восемь лет назад в той шахте!

— Смерть — это всего лишь вопрос цены, — улыбнулся «двойник», и в его руке блеснул пульт управления. — А теперь, Ваня, отдай мне документы и ребенка. Настоящая игра только начинается.

Грохот —!

Оглушительный взрыв в мгновение ока разорвал мертвую тишину порта. Огромный огненный шар взметнулся в небо, подобно разъяренному зверю, жадно пожирая всё на своем пути внутри старого склада. Раскаленные волны жара, несущие в себе летящие обломки камней и дыхание самой смерти, обрушились на пирс.

— Соня! — крик Вани (Ваня) был почти поглощен ревом пламени.

В это роковое мгновение он резко развернулся. Его мощное тело, словно вылитое из стали и испещренное шрамами, стало для Сони (Соня) единственным щитом. Он прижал её к бетонному полу, накрывая собой. Острый кусок арматуры полоснул его по спине, и алая кровь мгновенно пропитала натянутую черную тактическую майку, но он даже не вскрикнул. Его дыхание было тяжелым и прерывистым, широкая грудь яростно вздымалась, а в янтарных глазах, отражающих адское зарево, вспыхнуло безумное облегчение лишь тогда, когда он убедился, что женщина в его руках жива.

— Ваня... ты ранен, у тебя вся спина в крови... — голос Сони дрожал, в ушах всё еще стоял невыносимый звон. Она попыталась коснуться его спины, но её пальцы наткнулись на вязкое, обжигающее тепло — его кровь, пролитую ради её спасения.

— Не смотри. Закрой глаза, — Ваня властно прижал её голову к своей груди, влажной от пота и грохочущей от бешеного ритма сердца. От него исходил густой аромат пороха, крови и дикого, необузданного мускуса — единственный запах, дарующий Соне чувство безопасности в этом хаосе.

Однако не успели они прийти в себя после первого удара, как поверхность залива прорезали лучи мощных прожекторов, заливая руины ослепительно белым светом. Черная, как сама ночь, яхта разрезала густой туман. На её палубе, небрежно и властно, стоял человек в серебряной маске, держа на руках спящего младенца.

Ваня застыл. Поддерживая Соню, он медленно поднялся. Его лицо, обычно напоминающее холодную мраморную статую, исказилось от ярости и неверия, когда человек на палубе медленно снял маску.