Книга Я думала, я счастливая..., страница 48 – Марина Безрукова

Проснулся весь в поту. В комнате душно, а ногами он случайно прислонился к горячей батарее. Долго не мог уснуть, так отчетливо и близко виделось ему лицо Тамары, и в особенности ее глаза — грустные, и в то же время, удивленные.

Елку он всё-таки купил. Не деревце, а охапку еловых веток. Соня долго и удивленно разглядывала этот странный букет. Морщась от уколов и незаметно оттирая смолу с пальцев, она покладисто поставила его в большую вазу. Пригодились и бабушкины стеклянные игрушки. Они лежали в маленькой коробке на пожелтевшей от времени вате — шишки, звезды, гномики и разноцветные шарики. Получилось красиво, как будто перенеслись в старину.

— Настоящий винтаж, — восхищенно выдохнула Соня и схватилась за фотоаппарат.

Николай понял, что на несколько часов Сони для него не существует. Она будет делать снимки, выбирая лучший ракурс и перенося вазу с места на место, а потом пропадет в компьютере, обрабатывая то, что получилось. Всегда так. Никогда не знаешь, что именно у нее запланировано. Иногда целыми днями она не выходила из дома, бездумно переходя из комнаты на кухню, перелистывая альбомы, зачитываясь книгами. А иной раз уже в шесть утра уходила и возвращалась после полуночи — измученная, бледная и уставшая. Ни о каких экзотических ужинах речи, конечно, не шло. Николай привык довольствоваться полуфабрикатами или ужинал в кафе. Сама Соня ела, как птичка, там крошка, здесь перекус. Порой, спохватывалась, включала видео и начинала сосредоточенно повторять за кудесницами-домохозяйками — пыталась испечь пирог с мясом или зажарить цельный кусок свинины. Ничего не получалось. Она расстраивалась и чуть не плача, оттирала остатки муки со стола, выбрасывала горелое мясо и звонила в доставку еды. Николая и это умиляло. Ну и пускай не умеет готовить, не всем же это дано. Просто Соня, как человек творческий, абсолютно не приспособлена к быту. Это не плохо и не хорошо. Он любит ее не за борщи и пироги, пропади они пропадом! Главное, что она рядом и ему с ней спокойно. Перестает болеть душа и будущее видится таким объемным и реалистичным. Как это важно видеть будущее и понимать, что жизнь не закончилась!

Соня надела черное платье и ярко-розовые сапоги выше колена, на плече повязала пышный розовый бант, похожий на тропический цветок. Николая всегда удивляло ее умение подбирать обычные вещи так, что они начинали играть новыми красками, а образ получался, будто картинка глянцевого журнала. Он снова на нее загляделся: молодая, красивая, полная сил.

Большие часы на экране телевизора показали двенадцать. Николай, не спуская с Сони восхищенных глаз, потянулся к бутылке шампанского. Хлопнула пробка и соломенная пузырящаяся жидкость полилась в высокие фужеры. На столе, отбрасывая блики, мерцали свечи в высоких витых подсвечниках.

— С Новым годом, любимая! С новым счастьем…

Раздался мелодичный звон, похожий на серебро колокольчиков. Соня засмеялась и повторила, как эхо:

— С новым счастьем, Коленька…

Он взял в руки длинный бархатный футляр, где притаился подарок — узкая длинная змейка гранатов — браслет ручной работы. Соня ахнула и протянула тонкое запястье. Темно-красный, почти черный камень прекрасно дополнил ее наряд. Мгновение она любовалась этой красотой, то поднося ближе, то отодвигая от себя руку, а потом уперлась ладошками ему в грудь.