Книга Я думала, я счастливая..., страница 26 – Марина Безрукова

«Боже, какая банальщина, — закатила глаза Тамара, — еще бы спросил, который час?»

— Меня зовут Женя. А вас? — продолжил мужчина.

— Тамара.

— Фамарь, — задумчиво повторил он.

Тамара удивленно обернулась.

— Что? Вы не расслышали. Тамара.

— Я расслышал. Это библейское имя. Изначально Фамарь, а уж потом оно трансформировалось в Тамару. Имя для тех, кто являлся эталоном красоты на Древнем Ближнем Востоке.

Тамар удивленно на него посмотрела. Надо же, какой эрудит. Но хоть привычной царицей Тамарой не назвал. Умеет подкатить к женщинам, зря она думала, что слишком банален. Только вот ей это всё зачем? Пуститься во все тяжкие? Закадрить молодчика и вперед, по стопам Николеньки!

— Вы извините, я пойду, — сухо, но вежливо сказала Тамара и сделала попытку обойти нового знакомого. Она чувствовала себя глупо. Какой-то флирт зрелой женщины и альфонса. Не хватает только посиделок в его купе с теплым шампанским и подтаявшими конфетами. Ей снова стало обидно и грустно. Скорее бы уже приехать!

— Тамара, вы извините, если я вас обидел. Я вовсе не собираюсь набиваться вам в ухажеры, — обезоруживающе улыбнулся Женя, — просто за разговорами время в дороге проходит быстрее.

Тамара внимательнее посмотрела ему в глаза, хитрые, с прищуром, но вполне себе честные. Может, он и прав. Только, о чем могут говорить едва знакомые мужчина и женщина. Он легок, беззаботен и весел, ему просто скучно, а она — печальна, разбита и чувствует себя старой картиной, которая долго висела на своем месте, а потом пришли новые хозяева и выкинули ее за ненадобностью на улицу. Бросили в подтаявший снег, и ушли, не оборачиваясь. Она еще раз посмотрела на Женю и едва заметно пожала плечами, мол, всё так, но мне это безразлично.

— Поздно уже для разговоров. Да и вряд ли из меня хороший собеседник, — все же ответила она, окончательно чувствуя себя старой брюзгой, которая сейчас начнет отчитывать молодежь за позднее веселье.

— Ну, это вы зря. Впрочем, настаивать не буду. Пойду допивать свой горячий шоколад в одиночестве и тишине. В конце концов, это романтично… — притворно вздохнул Женя.

Тамара невольно улыбнулась. В воображении вдруг представилась коричневая глиняная кружка, откуда разносится аромат горького шоколада. Где он его взял? У проводников ничего подобного нет.

— И орешки, — хитро добавил мужчина.

— Что? — снова удивилась Тома.

— Вы себе представили горячий шоколад. А еще есть орешки: кешью, фундук, пекан. А сам шоколад из Голландии. Я по вашим глазам понял, что вы уже вообразили себе чашку. Это вкусно. Правда!

Тамара засмеялась, так по-детски ее уговаривал этот странный мужчина, так завлекал вкусностями, что ей стало любопытно.

— Мне повезло. Я один еду. Но если вы боитесь, я оставлю дверь приоткрытой, — он обезоруживающе поднял обе ладони.

— Ну, что ж… Раз вы обещаете мне безопасность, пожалуй, я не сумею устоять, — согласилась Тамара, надеясь, что не выглядит со стороны, как старая кокетка.

— Отлично! — просиял Женя. — Пожалуйста! — указал он путь.

В свое купе Тамара вернулась только под утро. Сонная Лида удивленно посмотрела на нее, но скорее, подумала, что она просто выходила в туалет. Повернувшись на другой бок, моментально уснула. Тамара тоже устроилась у себя, подложив поудобнее подушку. Глаза у нее слипались, но она еще несколько минут думала об удивительном вечере, который так нежданно-негаданно случился у нее сегодня. Ей было хорошо и спокойно, как будто она увидела вдалеке слабые огоньки, нет, еще не выход, но ориентир, указывающий направление. Глядишь, и выживет.