Книга Развод. Спасибо, что ушел, страница 129 – Марина Безрукова

И было в его голосе что-то такое, что звучало убедительно. Проверять, что может устроить этот человечек в клетчатом дурацком пальто, не хотелось. И даже когда я выдернула локоть из его цепких пальцев и холодно обронила, что сама буду решать, мне стало понятно – за меня уже всё решили. Липкий, как остывший жир страх окутал нутро. Интуиция подсказала, что связываться с этим хохотунчиком не надо. Слишком свежи были воспоминания о Дэне и его дружках.

Да и сил, если честно, не было. Впала в какой-то ступор. Залезла в свою ракушку и спряталась от всех. Ждала, когда зарядится батарейка, и я снова начну карабкаться на вершину.

Отдых, конечно, условный. Никто меня кормить не будет. Я же не сестра, которая продает дурам-мамашкам надежду. Фикцию. Воздух. Наплетет им, как их овощ заговорит, и со сцены начнет выступать, а они и рады. Уши развесят и несут, несут денежки в клювике. По-хорошему, Машку бы за инфоцыганство привлечь, но не получится. К сожалению, логопед признан обществом и законом, это вам не курсы личностного роста и питание праной.

А мне пока ни в один офис не выйти. Не смогу я пахать, поэтому надумала отсидеться в гостинице администратором. Отельчик небольшой, но в центре, хозяину я понравилась. Буду на ресепшене вносить данные туристов в компьютер, да ключи выдавать. Впереди лето – мертвый сезон на рынке вакансий – а к осени, я уверена, я как птица Феникс восстану из пепла. И тогда посмотрим, кто еще выйдет в дамки.

Эта мысль согрела, как согревала меня все предыдущие дни. Отступить, не значит сдаться. Просто нужно набраться сил.

Я потянулась к ноутбуку, собираясь проверить почту. Сегодня должны прийти анализы для медицинской книжки. Пыталась отбиться, но хозяин ни в какую не уступил. Все сотрудники у него, видите ли, с медкнижкой. Даже портье – замусоленный мужичок с сальными глазками.

Стрелочка замерла у иконки почты, но палец сам собой скользнул по привычной траектории и кликнул по одной из соцсетей. Это мой утренний ритуал. Каждый день я обещаю себе, что не стану туда заглядывать, но как запойный пьяница не сдерживаю слово.

На Машиной страничке висело новое видео. Не такое как всегда. Слишком официальное. Машка в брючном костюме цвета морской волны, рыжие волосы горят на солнце, лыбится так, будто выиграла в лотерею. Рядом вертится репортерша, тычет микрофоном в лицо. Я прибавила громкость.

В комнате зазвучали фразы: новый шанс для особенных семей, центр «Добрые руки», инклюзия, поддержка, помощь… А, понятно, - усмехнулась я, - очередное показушное выступление в роли матери Терезы. Как обычно, ничего нового.

Я уже собиралась закрыть это кривляние на публику, как камера, следуя за микрофоном, поехала влево.

Не может этого быть! – наклонилась я ближе к экрану. Это характерный поворот головы и стальной взгляд невозможно было перепутать ни с чьим другим.

Эльвира! Собственной персоной. Легкие сжались от недостатка воздуха. Вытаращив глаза, я смотрела, как эта стерва отвечает на вопросы и покровительственно поглядывает на Машу, словно одобряет всё, что она только что наговорила.

Два моих кошмара – ненавистная сеструха и мерзавка-начальница - слились в одну картину, и эта картина просто вопила о благополучии и успехе.

С теплотой земноводного Эльвира сухо дополнила речь Маши словами о важности партнерства с профессионалами, такими как Мария Юрьевна. Округлив от возмущения глаза, я смотрела на разыгрывающийся передо мной спектакль.